Врач-токсиколог Михаил Кутушов: «Вода в бутылках и кулерах – это опасность номер один!»

Михаил Кутушов: «Мы уже, по сути, являемся киборгами, то есть представляем собой сплав наших естественных молекул и искусственных» Фото предоставлено Михаилом Кутушовым

«Мы уже живем в очень токсичной среде»

— Михаил Владимирович, давайте начнем нашу беседу с того, что изучает токсикология, от чего лечит токсиколог и что такое токсины?

— Я как токсиколог относительно моей специальности могу сказать следующее: токсикология — это наука, изучающая ядовитые и токсические вещества. Не только собственно токсичные, но и другие вещества, как бы бионейтральные, но которые в результате накопления становятся токсичными для живых организмов. В сферу деятельности нашей профессии, разумеется, входят методы диагностики, профилактики и лечения отравлений.

Токсикология сейчас, на мой взгляд, является одним из ведущих направлений, на которое человечество должно обратить внимание. Почему я так считаю? Миллиарды тонн всевозможных ксенобиотиков, контаминантов и нанопластика все в больших масштабах становятся составной частью продуктов питания людей, выбрасываются в атмосферу и воду. Происходящее не может не вызывать сожаления и тревоги, но, увы, это так.

Мы уже живем в очень токсичной среде. Потому что на протяжении 200 с лишним лет, с того момента, как люди изобрели так называемый синтез, то есть искусственные молекулы, их видовое многообразие и области применения лавинообразно нарастают. Я имею в виду и количество, и качество, и сферы жизни человека. Сейчас, по разным оценкам, насчитывается 1,8 миллиона искусственных молекул.

Живые организмы на Земле развивались миллиарды лет без таких молекул. Но на данный момент среда обитания человека — а это литосфера, гидросфера, атмосфера и биосфера — в буквальном смысле пропитана этими веществами. Скажу больше, мы все пропитаны этими веществами. Поэтому трупы современных людей в крупных городах в могилах не разлагаются в течение 20–30 лет. Это такой феномен современности. Мы уже, по сути, являемся киборгами, то есть представляем собой сплав наших естественных молекул и искусственных.

Вода также у нас стала токсичной. Сейчас, по разным оценкам, на Земле только 7–10 процентов воды лишено токсинов и пригодно для питья. Вся остальная вода мирового океана, подземные воды, ледники — это все уже напичкано химическими веществами искусственного происхождения.

— Какой вред все эти токсины и вещества искусственного происхождения наносят организму человека?

— Начну с того, что еще тибетские врачи говорили, что причиной рака являются токсины, и это действительно так. Огромное количество аутоиммунных заболеваний, лавинообразное нарастание рака говорят о том, что они абсолютно точно угадали причину — это токсикология. Рак и по моей теории, и я доказал это, возникает от того, что нарушается фолдинг протеина (folding — по-английски «укладка») сложной молекулы, состоящей из цепочек аминокислот, когда у нас укладываются первичные, вторичные, третичные и четвертичные структуры белка. И вот при таком быстром потреблении этих искусственных молекул происходит нарушение фолдинга протеина. Поэтому рак и развивается стремительно и лавинообразно.

По разным оценкам онкологов, считается, что через 30 лет раком будет болеть каждый второй, а через 50 лет — все. И это не пугалка или страшилка — это реальность. Я работаю в области онкологии и прекрасно вижу, что статистика катастрофическая. Например, в 1901 году из 100 тысяч человек раком болели один-два, причем очень старых. А сейчас это просто катастрофа: по 10 тысяч на 100 тысяч. И эта статистика растет! Причем рак молодеет катастрофически быстро. Сейчас дети у нас болеют раком очень много.

Поэтому нам необходимо срочно обратить внимание на токсикологию и начать с пищевой промышленности. Дело в том, что без использования современных технологий аграрии не могут сейчас доставить свою продукцию с поля или из-под коровы в магазин. Из-за этого все пропитано всевозможными веществами, которые сохраняют пищевой продукт. И пленки в том числе. Вода в бутылках и кулерах — это опасность номер один!

Поэтому я считаю, что токсикологию нужно срочно поднять на щит, чтобы она руководила детоксикацией почвы, воды и, естественно, организма. Вот что такое токсикология в настоящее время. Раньше на нее как-то мало внимания обращали. Ну есть токсины и есть. А сейчас с усложнением всех процессов с участием человека, происходящих на Земле, совершенствование токсикологии и повышение внимания к ней — это вопросы выживания человечества в будущем.

«По разным оценкам онкологов, считается, что через 30 лет раком будет болеть каждый второй, а через 50 лет — все» Фото: magnific.com

— Токсикология как-то делится внутри себя или токсиколог занимается всеми возможными ядами и вредными веществами?

— Есть промышленная токсикология, которая занимается огромным количеством ядовитых веществ, да и просто искусственных молекул, то есть контаминантов (загрязнителей) и ксенобиотиков (химических молекул от греч. xenos — «чужой» и bios — «жизнь»), которые попадают в окружающую среду и незаметно поглощаются человеком.

Токсикология также бывает клиническая. Я работал старшим научным сотрудником в Институте Склифосовского, во всесоюзном центре острых отравлений химической этиологии психических больных, так он назывался у нас. Это был наш токсикологический центр, где мы спасали огромное количество людей от всевозможных отравлений. Особенно во времена перестройки, когда была борьба с пьянством и алкоголизмом. Так вот у нас поступало огромное количество людей, отравленных фоксином (средство для мытья окон, зеркал и других стекол), фосфорорганическими соединениями, карбофосом, дихлофосом, метиленовым спиртом, этиленгликолем и так далее. У этих несчастных даже такой, как они сами говорили, прикол был: они брали кружку пива, туда делали два пшика карбофоса и пили. И у них развивалась энцефалопатия. То есть они были как отравленный таракан. Но у них была еще присказка: «Если два пшика, будешь пьяный, а если три пшика, то в Склиф попадешь». Ну к нам то есть, на операционный стол. Я извиняюсь за выражение, но пили все, что булькает, а не только то, что горит.

Глотали таблетки. Это обычные самоубийцы, которые хотели расстаться с жизнью, девушки, как правило. Они глотали фенобарбитал, амитриптилин и прочее. И были так называемые токсикоманы в то время, тоже в основном молодежь. Бензин нюхали, всякие лаки, краски и другое.

Это было страшно. Я из операционной не выходил сутками, людей спасали.

Промышленная токсикология занимается определением допустимых концентраций того или иного вещества. В принципе, все должно быть идеальным, то есть не должно быть солей тяжелых металлов, радионуклидов, пестицидов, гербицидов и прочих «цидов», что означает «убить». И антибиотиков. Антибиотики тоже являются, по сути, средством против жизни (термин «антибиотик» происходит от древнегреческих слов: anti — «против» и bios — «жизнь»). Но я как клинический токсиколог могу сказать, что сейчас пальма первенства у наркологии, когда принимают всевозможные наркотические, запрещенные вещества.

— Получается, что человек в процессе своей жизнедеятельности отравил всю планету. Почему никто не бьет тревогу по этому поводу? Почему не слышно врачей, клиническое сообщество?

— Дело в том, что токсины — это часто невидимый враг. Человек каждый день поглощает достаточно большое количество искусственных молекул, но они не превышают видимых пределов. То есть клинические признаки не развиваются. Например, вы моете каким-то поверхностно-активным веществом посуду. Я имею в виду всевозможные гели, которые широко рекламируются и повсеместно продаются. Но при их использовании даже тщательно вымытая посуда не гарантирует, что там не остались такие молекулы. В итоге подсчитано, что вы за год выпиваете бутылку Fairy. Но вы же не пьете ее залпом, как не поглощаете другие токсины одномоментно в клинически значимом количестве. Тем не менее каждый день постепенно из пищи, пленки, термостатиков всяких и так далее эти химические вещества проникают к нам в организм, а проникнув, постепенно нарушают метаболизм.

Но самое страшное заключается в том, что они незаметно встраиваются в организм человека. Даже химические медикаменты, которые призваны избавлять нас от болезней, активно участвуют в этом негативном процессе. Вы знаете, что фармакологические препараты — это химические вещества, которые якобы считаются безвредными. На самом деле это ксенобиотики, посторонние химические вещества, которые работают в организме не по принципу «ключ — замок» в естественных условиях, а как вор с фомкой, который вскрывает все биохимические механизмы. Отсюда мы имеем огромное количество аутоиммунных заболеваний. А аутоиммунные заболевания у нас начинаются с кишечника.

— И что с этим делать?

— Я как пионер в этой области сейчас могу сказать только одно: у нас просвет кишечника является корнем иммунной системы. Пейеровы бляшки тонкой кишки — ствол этого иммунного дерева. И остальные, так сказать, ветви, листья и плоды — это всевозможные хелперы, супрессоры, киллеры, клеточный, гуморальный иммунитет — все у нас исходит от микробиоты в кишечнике. Поэтому тибетская медицина говорит, что все тайфуны начинаются в океане, все болезни — в кишечнике. Они абсолютно правы. Поэтому мы сейчас лечим аутоиммунные заболевания, онкологические, добиваясь смены микробиоты в кишечнике.

Я считаю, что нам необходимо также создать токсикологическую карту современного человека. Анатомия, физиология современного человека изменились с 1959 года, когда были введены некие стандарты холестерина, сахара и прочего. Кстати, о сахаре. Сахар — это тоже токсин, как ни странно это прозвучит. Но малое количество сахара — это хорошо для детей, а уже когда человек взрослый, то ему лучше сахар вообще не употреблять, как и быстрые углеводы, потому что они сами по себе могут являться токсинами, сбивая метаболизм. Вообще, у сахарного диабета и аутоиммунных заболеваний ноги растут из кишечника, микробиоты человека.

В современной науке считается, что человек, его физиология остались такими же, как были в XIX и XX веках. Это неправда. Я врачом работаю уже 50 лет и вижу, что это не соответствует действительности.

«Мы живем не только в токсичной химико-биологической среде, но и в электромагнитной токсичной среде» Фото: «БИЗНЕС Online»

«Современные люди, по сути, беззащитны против вирусов»

— Нас меняет токсичная окружающая среда?

— Навскидку можно разделить среду обитания на естественную и искусственную. Мы живем в квадратных домах, по сути, железобетонных коробках, поэтому отсечены от магнитного поля Земли. Это очень плохо. Мы проводим огромное количество времени сидя в машине в выхлопных газах и так далее. Электромагнитный смог страшный, потому что все наши клетки работают в частотно-специфическом диапазоне, свойственном данной клинике. Поэтому мы живем не только в токсичной химико-биологической среде, но и в электромагнитной токсичной среде. Мы босиком не ходим, а нам электростатику надо снимать всегда. Мы ходим, отсеченные от Земли.

Все это вызывает негативные последствия для здоровья. Фертильность сейчас упала на 50 процентов, по разным оценкам. То есть огромное количество молодых людей, у которых спермаграммы пустые, выявляется некроспермия, олигоспермия и так далее. Это все относится к токсикологии. Идет стерилизация за счет токсинов.

Наш иммунитет миллионы лет боролся с вирусами, патогенами, какими-то веществами естественного происхождения, пыльцой и прочими ядовитыми продуктами природного происхождения, но тут вдруг появились искусственные молекулы, к которым наша иммунная система оказалась не готова. Она готовилась к отражению экзотоксинов, то есть внешних токсинов, вирусов, патогенов, к нейтрализации эндотоксинов, которые мы вырабатываем внутри себя, а искусственные молекулы подрывают эту защитную функцию. Мало того, антибиотики убили наших защитников, так называемых эндемиков.

Например, у нас в глоточном кольце жил бета-гемолитический стрептококк группы А, он нас защищал от всевозможных вирусов: от Эпштейна — Барр, всевозможных герпесов и так далее. А сейчас современные люди, по сути, беззащитны против вирусов. Поэтому пневмонии в настоящее время в большей степени вирусные, мы видим учащающиеся вспышки гонконгского гриппа, птичьего гриппа, свиного гриппа, SARS (тяжелого острого респираторного синдрома) и MERS (ближневосточного респираторного синдрома), а также коронавируса. Но это не вспышки данных вирусов, потому что вирусы живут внутри нас веками. Ступенчатые падения иммунитета человечества за счет токсикологии вызывают такие пандемии.

— Иными словами, пандемии вызывают не какие-то мутации и новые штаммы вирусов, а ослабление нашей иммунной системы из-за увеличивающейся токсичной нагрузки на организм? Пандемий будет все больше?

— Я не предсказатель, но уже много раз на основе объективных данных и собственного анализа прогнозировал какие-то проблемные ситуации, связанные со здоровьем людей, и мои прогнозы сбывались. В частности, в 2017 году я спрогнозировал пандемию, это можно проверить в интернете, но никто внимания не обратил. Хочу сказать, что в ближайшее время нас могут ждать более страшные эпидемии — не за счет самих вирусов, а за счет того, что у человечества начинает полностью исчезать коллективный иммунитет. Кстати, от гриппа 5 процентов смертности, от коронавируса — 0,2 процента. То есть сравнивать даже нельзя. Грипп более опасный в плане угрозы для жизни.

Когда я на пятом курсе учился, нас посылали на ОРЗ. Но врачи нам говорили, что это коронавирус. Причем мы даже маски не надевали. Я это к чему говорю? К тому, что при нынешнем положении вещей нам надо готовиться к худшему. Если не будем обращать внимания на токсикологию, мы придем к катастрофе в плане онкологии и в плане вирусологии, то есть к всевозможным пандемиям. Нам надо защищаться, профилактировать это. А профилактикой могут быть только микробиотики, которые живут у нас в животе, дружественные бактерии, а также диссимметрированная вода. Только они могут нас качественно отфильтровывать.

Сейчас мы работаем над симбионтами. Они у меня выпускаются и потребляются в большом количестве. Мы, кстати, и на СВО помогаем. Практически никто из тех людей, которые применяли мои симбионты и микробиотики во время пандемии, не заболел коронавирусом. Или они болели в легкой форме. Сейчас я начал работать над микробиотиками и симбионтами, которые будут с нанопластиком бороться.

Потому что нанопластик — это самая страшная угроза в настоящий момент. Уже дошло до того, что весь Мировой океан в нанопластике и микропластике. Мало того, дети в матке у мамы плавают в амниотической жидкости, уже замусоренной нанопластиком. Представляете? То есть пробивает все. Мы пропитаны нанопластиком. Пробивается даже гематоэнцефалический барьер и кости, мышцы, связки — все у нас заполняется нанопластиком. То есть мы реально превращаемся в киборгов. С этим надо что-то делать срочно!

Ни от ядерной войны, ни от вирусов мы не умрем, человечество погибнет от токсинов. Мы сами создали такую ситуацию. У меня книга есть тысячестраничная, я ее давно писал, лет 15 назад, назвал «Природа рака — раковая природа». И там я отождествил поведение человечества на теле Земли с раком в организме. Один в один все сходится. То есть мы питаемся от Земли-матушки и в нее же гадим, причем в огромном количестве. Она долго так не выдержит. Поэтому изотропия, которая поразила атмосферу, биосферу, гидросферу, литосферу, сейчас явно налицо. Именно по данной причине мы видим все эти ураганы, жуткие наводнения и смены розы ветров. Все это звенья одной цепи. Это токсикология. Все думают, что 1–2 тысячи молекул ничего не сделают. Сделают! Земля в течение миллиардов лет настроена так, что у нее эти механизмы были отрегулированы. Отражательная способность океанов, поглотительная способность водорослей — все было, как говорится, отутюжено, а сейчас все нарушено. Именно соотношение веществ в природе играет фундаментальную роль и в организме тоже.

Даже недостаток играет меньше роли, чем избыток, допустим, тех же полезных веществ. Этого люди никак не могут понять.

Почему я отождествил человечество с раком? Если посмотреть на генеалогическое дерево жизни, у нас идут бактерии, археи, эукариоты появились, потом человек на вершине эволюции. А сколько нас сейчас? Уже к 8 миллиардам приближаемся. Образно говоря, получается, что на на тоненькой веточке эволюционного дерева висит огромный плод чудовищных размеров под названием «Человечество». И если эта веточка обломается, то судьба человечества будет незавидной.

«Самый токсичный яд — это информационный. Установленный факт, что долгожители — добродушные люди. Люди не обращают внимания на то, что надо просто жить — никуда не бегать, никого не мучить, ни над кем не издеваться — и что тогда проживешь долго» Фото: magnific.com

— А информационная революция, которая является частью научно-технической революции, породившей искусственные молекулы, нанопластик и прочие токсины, ведь тоже вносит свой вклад в загрязнение человека или нет? В научных кругах много говорят о том, что информация с каждым годом носит все более агрессивный и стрессогонный характер. Она ссорит людей, делает их конфликтами, посредством стресса поражает их нервную систему и таким образом взламывает иммунитет. Это соответствует действительности?

— Да. Самый токсичный яд — это информационный. Установленный факт, что долгожители — добродушные люди. Люди не обращают внимания на то, что надо просто жить — никуда не бегать, никого не мучить, ни над кем не издеваться — и что тогда проживешь долго.

В современных условиях скрытый хронический стресс у каждого человека длится десятками лет. Почему пенсионеры практически почти сразу умирают, когда выходят на пенсию? Потому что они хранили этот стресс в себе, а когда вышли на пенсию, расслабились, стресс вышел — и они обычно через 3–5 лет и умирают. То есть получается, что люди с хроническим, загнанным внутрь стрессом долго не живут.

Еще один нюанс: люди с хроническим стрессом, даже практикуя здоровый образ жизни, живут меньше, чем те люди, которые едят что хотят, но при этом не стрессуют. Вот откуда все берется. Поэтому информационный яд, который льется из телевизора и который невозможно смотреть, убивает. Тот же НТВ, где бесконечно дядьки с пистолетами бегают и друг друга убивают. Дети же это смотрят. То есть агрессивное воспитание идет с детства.

— Вы сказали очень интересную вещь, что в период перестройки было очень много обращений людей с отравлениями суррогатным алкоголем и прочими вещами. А сейчас наибольшее количество пациентов с чем обращается? С какими поражениями?

— Сейчас, конечно, характер запрещенных веществ изменился. В основном пошли синтетические наркотики, всякая дрянь, которая убивает молодых людей. Спиртосодержащие суррогаты иногда попадаются, но не такое количество, как было в 1980-е.

— Насколько токсичны общественные пространства, транспорт, магазины, центры развлечения и досуга, офисы, предприятия?

— Многое зависит от того, из какого материала они сделаны и сооружены. Современная строительная индустрия, конечно, старается не класть какие-то ядовитые полы и прочее, но они все равно есть. Для этого существует так называемый токсикологический надзор. Берутся предельно допустимые концентрации, допустим, каких-то летучих органических и химических соединений, на основании их анализа делается вывод, что да, в этом помещении высокая концентрация, поэтому у рабочих, которые там трудятся, болит голова, они быстро устают, у них низкая работоспособность и высокая раздражительность, они часто болеют.

Но я вам еще раз говорю: современные люди и тот же «офисный планктон» живут в токсичной среде: информационной, химической, электромагнитной и так далее. Поэтому у нас все шире распространяется этот так называемый яппи-синдром (термин, который в медицине и психологии чаще всего объединяет два взаимосвязанных понятия: синдром хронической усталости и синдром эмоционального выгорания), когда молодые, красивые, здоровые люди ели ноги носят. Но я считаю, что с этим бороться можно.

А прикасаться к предметам в транспорте, на работе, конечно, можно, но опять же из чего они состоят? У нас организм достаточно хорошо скроен, чтобы от одного прикосновения где-то в троллейбусе не отравиться каким-то веществом. Это если специально чем-то намазать, тогда другой разговор. А так все зависит от пластиков и прочего. Но самое страшное, когда пьют воду из бутылок: как обычных пластиковых, так и канген-емкостей. Там микропластика море. И люди каждый день пьют эту воду.

— Недавно прошла большая кампания, отменили ГОСТы, хотя этих ГОСТов на самом деле не существует уже лет 30. Их ведь отменили, когда Советский Союз рухнул, и ввели эти так называемые технические условия. Люди в соцсетях пишут, что еще больше нас будут травить, еще больше в продукты питания станут сыпать всякой химии.

— Я, как токсиколог, еще раз повторяю: все продукты питания (не только у нас, но и за рубежом, а я там многие годы жил) пропитаны так называемыми подсластителями, красителями, ректификаторами и прочим содержимым с аналогичными свойствами. До 20 наименований химических веществ, которые входят в пищу. Поэтому развивается огромное количество прежде всего аутоиммунных заболеваний, поскольку иммунитет наш не справляется с тем, что поступает с пищей.

Теперь дальше. Вот смотрите: на полях последние 100 лет постоянно в огромных количествах используются всевозможные пестициды, гербициды и прочие сильнодействующие продукты химической промышленности. Потом это все со снегом и талой водой просачивается вниз в грунтовые воды и участвует в круговороте воды в природе.

Пища современных людей на полях выращивается, по сути, на одной селитре и каких-то удобрениях. Гумуса там уже нет никакого. Микроэлементов уже в почве нет. Современные люди, к сожалению, едят пустую еду, как вату. Поэтому необходимо применять пищевые добавки в виде микроэлементов, макроэлементов и так далее. Если человечество не одумается, то у нас скоро голод наступит, как говорят, четвертый всадник апокалипсиса, потому что у нас нечего будет есть, мы же все отравили.

Я Батьку за что уважаю в Беларуси? Я туда часто езжу и знаю, о чем говорю… За то, что у них продукты еще наши советские гостовские. А у нас пищевая промышленность этим, к сожалению, похвастаться не может. Особенно хлебобулочные изделия. В России хлеб не очень качественный. Я не знаю, что туда добавляют. То же самое относится к молоку и молочной продукции. Она стоит месяцами и не портится, хотя молоко на третьи сутки должно скиснуть — и все! Но у нас не прокисает. О чем это говорит? О том, что данная продукция напичкана всевозможными стабилизаторами, химическими веществами. И потом мы спрашиваем, откуда у нас сбои здоровья.

Питайтесь как императрица Екатерина II. Ее любимое блюдо — отварная жирная говядина, соленый огурец и ржаной хлеб. Вот это ее еда была основная. Надо проще питаться. Как у нас говорили на инфекционных болезнях: «Проще стол, чаще стул».

То, что упаковано, современным людям нельзя есть. А если бы этот же продукт упакованный съели люди 60–100 лет назад, они тут же бы скончались, наверное. У нас иммунитет как-то еще приспособился, работает, идут какие-то мутации, которые нас защищают, но это долго не продлится.

«Летом статистика отравлений гораздо выше»

— В обиходе обычные люди очень часто ставят себе или другим диагнозы: «Это отравление, ты чем-то траванулся». Скажите, как специалист, обычный человек может самостоятельно определить, у него отравление или нет? Есть какие-то явные симптомы, которые указывают именно на интоксикацию организма?

— Смотря какое отравление. Эндогенное, внутреннее отравление от метаболитов всевозможных или внешнее, когда человек съел что-то не то и так далее. Дифференцировать эту патологию достаточно сложно даже специалисту, не то что самому человеку, но существуют так называемые общие симптомы при отравлении. Это может быть тошнота, рвота, головная боль. Но еще раз говорю: есть пищевая токсикоинфекция, а есть отравление токсинами. Это разные вещи. Допустим, съел какую-нибудь некачественную шаурму с сальмонеллезом, не дай бог, или с кишечной палочкой. Конечно, у него будут проявления пищевой интоксикации, то есть рвота, понос и так далее. Желудок промыл, сорбенты выпил и вроде выздоровел. А хроническое, промышленное отравление — это отдельный разговор. Когда люди многие годы работают на химических производствах, они сами становятся как химическая колба. Поэтому здесь четко можно дать ответ, только если при отравлении тем же мышьяком или таллием взять анализы и увидеть, что у человека отравление внешнее. Или криминальное, или случайное.

Еще раз повторяю: нам необходимо составить токсикологическую карту планеты, ввести токсикологическую физиологию и анатомию, современную гистологию. Нет этих дисциплин вообще как таковых. Жаль. Клиническая токсикология есть. Там мы можем бороться с острыми и тяжелыми отравлениями. А с хроническими можем бороться только одним способом — это принимать микробиотики-симбионты с диссимметрированной водой. Они совершенно точно детоксицируют организм и являются барьером между внешней средой и внутренней средой человека.

«Самая главная опасность ротавируса — это обезвоживание» Фото: magnific.com

— В самом разгаре период летних отпусков, россияне массово устремились на моря и курорты, где, как всегда, свирепствует ротавирусная инфекция, широко продаются сомнительные морепродукты и фрукты, непонятно чем обработанные и как выращенные. Какую первую помощь необходимо оказать человек, если он отравился?

— Ротавирус — это очень высококонтагиозный вирус. То есть он вызывает острую кишечную инфекцию по типу гастроэнтерита. Передается, как правило, через грязные руки, фекально-оральным путем. Ну и естественно, через пищу и бытовые предметы. Самая главная опасность ротавируса — это обезвоживание. С чего все начинается? Повышается температура до 38–40 градусов. Многократная рвота, особенно в первые сутки. Потом страшный понос до десятков раз в сутки. Ну естественно, могут быть симптомы, такие как при ОРВИ и всяких вирусах, — першение в горле, насморк и так далее.

Поэтому что надо сделать в первую очередь? От вирусов лекарств нет. Нужно симптоматическое лечение. Какое? Восполнять потерю жидкости, то есть пить воду часто и маленькими порциями в течение суток. Потом сорбенты могут помочь. Берете там «Энтеросгель», «Смекту», «Полисорб», что есть под руками. Затем надо температуру сбить, если она 38 с копейками, надо пить парацетамол или нурофен. Что касается диеты, то первые дни лучше вообще отказаться от еды. Исключать нужно также молочные продукты, овощи, фрукты, жирную, жареную пищу.

Для того чтобы стул стал тверже, необходимо пить рисовый отвар, есть нежирные бульоны, сухари и так далее.

Естественно, не все этим советом воспользуются, начинают пережидать, а это очень опасно, поскольку обезвоживание до 10 процентов может вызвать даже летальный исход. Поэтому если, например, ребенок не может воду глотать, то срочно вызывайте скорую помощь. Также если он не писает в течение 6–8 часов, естественно, надо звонить в скорую помощь.

— Есть какая-нибудь статистика того, чем чаще всего травятся россияне сейчас?

— Такая статистика не может быть объективной, но в общем и целом что-то можно просчитать. Летом статистика отравлений гораздо выше, потому что зимой люди все-таки сидят больше по домам, едят привычную пищу.

В целом же считается, что статистика острых отравлений химической этиологии варьируется где-то в районе 120 случаев на 100 тысяч населения. И основные — это, конечно, алкогольные отравления. За ними идут лекарства и угарный газ.

Но это уже зимой, как правило. Еще есть отравление так называемым погребным газом. Когда долго закрытый погреб открывают, спускаются туда и падают, следующий спускается и падает. Это очень опасное отравление, поэтому с погребами надо быть крайне осторожным. Обычно берут банку, зажигают свечку и туда опускают. Если гаснет, то туда лучше не спускаться, там умрешь.

— У нас люди любят в отпуск ездить во всякие экзотические страны Азии, Ближнего Востока, сейчас даже Африки, разные островные государства, а там ведь все другое: еда, вода, флора, фауна, часто антисанитария. Как там обезопасить себя от всевозможных отравлений?

— Самое основное — это вода. Если вы там будете пить местную воду неизвестного происхождения, вам абсолютно точно обеспечено отравление. Почему? Там жарко, в воде постоянно бактерии размножаются, причем очень быстро. Потом экзотические токсины в рыбе. Ну и фрукты, которые вы не знаете, никогда не ели. Поэтому надо очень осторожно относиться именно к воде и пище. Люди приезжают и начинают пробовать местную экзотику типа каких-то рыб — например, барракуду или еще что-то. В результате накапливаются токсины, начинаются рвота, головокружение.

Потом, естественно, экзотические растения. Это абсолютно незнакомые ягоды или какие-то плоды, а вы едите их. Я долго прожил в Израиле, там более-менее цивилизованная страна, но жара от этого меньше не становится, продукты очень быстро портятся. Поэтому не пейте там какую попало воду — только из бутылок. Лучше из стеклянных, конечно. И естественно, надо скорую обязательно вызывать, если что-то случилось.

У меня случай был клинический. Девушка из Израиля поехала в Таиланд. Вернулась оттуда через две недели, у нее красные пятна по всему телу. Я в больнице «Тель а-Шомер» работал, и мы не смогли поставить диагноз. Она скончалась от массивного кровотечения. По словам девушки, она там что-то поела — то ли рыбу, то ли еще что-то. Поэтому не надо ездить туда. Давайте так говорить. Особенно зимой. Люди из холодного климата едут туда на две недели, происходит дезадаптация. Вы прилетаете туда, адаптируетесь, через неделю прилетаете назад, опять адаптируетесь. То есть вы изнашиваете свой организм. А его жалко. Он один.

— У современной токсикологии как науки есть какие-то новые открытия в области защиты от отравлений или излечения от них?

— Big Pharma изобрела, как сейчас считается, 15 тысяч наименований препаратов, которые люди принимают внутрь. Хотя нужно всего 200 проверенных, точно рабочих, без сайд-эффектов, без побочных эффектов. При этом выводящих всего четыре вида. Это перитонеальный диализ, гемодиализ, гемосорбция, плазмаферез. Я изобрел наносепарацию. Это скруббер так называемый. Все, больше выводить нечем. Сравнительно легкие отравления разового воздействия в большинстве нетяжелых случаев дезактивируются сорбентами. А вот чтобы хроническую токсичность ликвидировать от эндо- и экзотоксинов, нужны микробиотики и симбионты. Только наши бактерии, которых триллионы, могут высосать яды и всю прочую токсичность и хранить человеческий организм долгие годы.

— В данном направлении что-то делается? Чтобы укрепить наших естественных внутренних защитников и усилить их сорбентные свойства?

— Я работаю в этом направлении много лет. Моя фирма называется ICDMC.Ru, мы разные симбионты выпускаем — и для ликвидации дефицита макро- и микроэлементов, и антоцианы, а также много чего в данном направлении еще разрабатываем и делаем. Дружественные бактерии нас спасут. Диссимметрированная вода тоже удаляет токсины. Больше другого я как токсиколог пока не вижу.

Некоторая пища является детоксикатором. Вот, допустим, вы рис поели, он на себя тоже лишние токсины возьмет. А если вы будете есть свеклу, то у вас почистится кишечник. Кстати говоря, сейчас паразиты поразили практически весь мир. Вследствие того, что все отравлено, дружественные бактерии уже не справляются с этими лямблиями, амебами и прочими ребятами паразитического сообщества.

У тех же индусов (практически у всех) глистные инвазии. А глисты у нас являются чистильщиками. И не все их надо удалять, нужно какую-то концентрацию иметь. Это тоже тяжело. В общем, человеческий организм — это очень серьезная машина, надолго скроенная. Чтобы ее уничтожить, надо огромные усилия прилагать.

Кстати говоря, рандомизированными исследованиями сейчас точно доказано, что люди, которые пьют по 14 деций (женщины) и 18 деций (мужчины) спирта (это примерно бокал вина или бутылка пива), живут на пять лет дольше, чем те люди, которые вообще не пьют. Я не пропагандирую алкоголизм, просто говорю то, что является научно доказанным фактом.

— Ну и заключительный вопрос. Человек чувствует себя неважно на постоянной основе. Обращается к различным врачам, они направляют на всякие анализы, которые ничего запредельного не показывают. Лечить вроде бы не от чего, а человеку плохо. Существуют ли какие-то специальные токсикологические анализы, которые могли бы показать, что у человека в организме накопились какие-то токсины или он травится какими-то ядами в микродозах, но на постоянной основе?

— Существует специфический анализ только на микроэлементы. Там мы можем увидеть дефицит или избыток каких-то микро-, макро-, биогенных элементов и так далее. А вот токсины… Ну я вам уже сказал, что люди, которые питаются современной едой, практически все отравлены. Хроническое отравление и скрытые аутоиммунные заболевания. Все люди на Земле болеют аутоиммунными заболеваниями. А вот этот полиморфизм клинический связан с тем, что где слабое звено — там и проявляется. Опять же ноги растут от вирусов и кишечника.

Когда ребенок переболеет вирусной патологией какой-то, тем же ротавирусом, и в течение пяти дней подхватит еще ветрянку или инфекционный паротит (так называемую свинку), то иммунная система запоминает это все и несет такой след долгие годы. И как только у человека наступает половое созревание и он где-то случайно подхватывает один из этих вирусов, а второй не прилетел, организм, иммунная система, макрофаги тут же начинают искать слабое звено. Если находят в толстой кишке, развивается неспецифический язвенный колит. Если терминальный отдел тонкой кишки — болезнь Крона. Если тотальная алопеция — это корни волос, ревматоидный полиартрит и так далее. Это яркие проявления аутоиммунных болезней.

А есть скрытые. Это хроническое воспаление, когда свой организм, его натуральные киллеры атакуют ваши ткани в каком-то месте. Там болит, там чешется, там недомогание и так далее. Вот поэтому надо микробиотики принимать, симбионты, за иммунной системой следить. И естественно, нутрициология. То есть что вы едите… А есть надо сквашенную капусту, репу, овощи, фрукты, обязательно мыть их, слушать свой организм, а не насиловать и по возможности меньше травить всякой современной дрянью.