Заипотечились и заложились,
И во все тяжкие сами пустились.
Автокредиты, квартира, свой дом,
Долг увеличат кабальный как ком.

Всё тоньше и тоньше становится талия
Цены вокруг когда из зазеркалья.

Но делать нечего, выбора нет.
Вряд ли в тоннеле появится свет..

С времён Советского Союза
Вошло в привычку у людей,
Не в бровь, а в глаз и без конфуза,
«Обласкивать» своих вождей.

Известен многим список прозвищ,
Который каждый получил.
Иль по итогам своих поприщ,
Иль кем себя вообразил.

Старик Ильич, Отец народов,
Великий кормчий, Дядя Джо,
И Хрущ - герой для анекдотов,
И Лёня, влюбчивый в авто.

Чекист и КУЧер, потом Горби,
По кличке Миша - говорун.
Услышав имя, кто-то в скорби,
Добавит, Меченый – болтун.

Царя Бориса обозвали
Могильщиком СССР.
Но многих, курс кто задавали,
Сам лично вывел на пленэр.

И все известны поимённо,
Всех выше рангом ВВП.
Хотя, однажды, обречённо
На той Медвед был высоте.

Но есть и те, кто чином ниже,
Но бьёт активность через край.
Заботясь нежно о престиже
Их кличут Батька и Бабай.

У тех, кого перечисляли,
Фанатов целая орда.
Они в историю попали,
Навек осталась борозда...

Артисты разные бывают,
Они и разные нужны.
Не все из них сплошь процветают
И все по разному умны.

Театр и кино искусство,
Что было создано людьми.
Где есть и честь и есть холуйство
И не бывает свет без тьмы..

Я токарь шестого разряда,
Всю жизнь проработал в цеху.
И на спор могу, без наряда, 
Легко подковать я блоху. 

С женою живём не богато. 
Возможности нет шиковать.
Но по расчётам Росстата 
Есть шансы у нас выживать. 

Считаем c ней всё до копейки, 
Хватает едва на табак.
Мечтает она о шубейке,
Спасибо, что есть Доширак.

Пытались продать недвижимость.
Участок никто не берёт.
Пугает его необжитость,
Инвестор туда не идёт.

Хотят дети жить по-другому,
У дочки уже карапуз.
Она не помощник по дому,
А сын собирается в ВУЗ.

Сказал мне, что будет министром.
У них, мол, высокий доход.
На мерсах гоняют со свистом,
Завидует им весь народ.

Ещё он видал в интернете, 
Как слуги народа живут. 
И с жёнами вместе в дуэте
Миллионы законно гребут.

Ему не поверил сначала,
Зарплату свою показал.
А жёнушка лишь пробурчала: - 
Себя честностью наказал.

Ответил я ей: - Не волнуйся.
Ток-шоу почаще смотри.
На власти напрасно не дуйся,
Но в тайне суши сухари.

Недавно смотрел телевизор,
От новости бросило в дрожь, 
Повысится скоро мой мизер
И будет лить золотой дождь.

А значит семью обеспечим, 
Дочурка пристроится в банк.
И тёщу в Канарах подлечим, 
Тебе купим шубу, мне танк..

В тёмных дебрях подсознанья 
Много с фобиями встреч.
Драйв, азарт и выгоранье
Обоюдоострый меч.

Факты трудно опровергнуть,
Ловко их подтасовав. 
Можно сплетней с трона свергнуть,
Ничего не доказав. 

Жизнь всегда это дилемма
Минус выбрать или плюс.
Страх преследуют всё время,
Разрастаясь словно флюс.

Нынче как в душе ненастье,
Ищут в тренингах покой.
Ведь у всех свой образ счастья
И не каждый в нём герой...

Есть ненависть и злоба в каждом сердце,
Исконно человек устроен так.
Заложены они уже в младенце,
И душу ему точат как наждак.

Всегда накинуть трудно на инстинкты
Лассо, когда начнут их распалять
Используя для этого конфликты,
Которые должны настропалять

На то, чтобы служили оправданьем
Злодейства, бессердечия и зла.
И с ложным, однобоким состраданьем
В кривые все смотрелись зеркала.

И в этом помогают им эксперты,
Повсюду их бесчисленная рать,
Готовые при всякой круговерти,
«Насущные» акценты расставлять...

В Аду ли он, с Земли не видно,
Возможно, что на небесах.
Почти столетье, безобидно,
Живёт Ильич не при делах.

Газет давно уж не читает,
Доставка стала дорогой,
И лишь компьютер выручает,
Чтоб в курсе жизни быть земной.

Предмет особого вниманья,
Всегда Россия у него.
Однако, разочарованье
Бывает часто оттого.

Ночами сидя в интернете,
Пришлось не раз ему читать,
Что хуже нет его на свете
И надо бы земле предать.

Детей пугают большевизмом,
Клянут 7-ое ноября.
Пора кончать, мол, с атеизмом
И самодержца свергли зря.

Хотят царя вернуть на место,
И, якобы, есть кандидат.
Из одного с Дзержинским теста,
Такие нынче нарасхват.

И вновь Россию мир не любит,
Живёт в осаде как тогда.
Похоже, что враньё погубит
Завоеванья Октября.

Бесчисленные борзописцы
Драматизируют террор,
А богатеи - кровопийцы
В почёте снова, до сих пор.

Свою беззубость показали
И коммунисты всей гурьбой.
Когда вокруг всё воровали
И власть делили меж собой,

Они сильны в словесном раже,
Но не способны на бузу.
И молятся в ажиотаже,
За Сталина, пролив слезу.

У них и смена вся такая,
Риторика как камуфляж.
По виду партия - крутая,
Копнёшь – активности муляж.

А делать, что Ильич не знает,
Пришли другие времена.
Но с любопытством наблюдает,
Куда же катится страна…

Эпоха вечных динозавров -
Заезжанное дежавю.
Ротации, под гром литавров,
На месте бег лишь наяву.

Так всё устроено в природе,
Трагедию сменяет фарс.
Одни и те же в хороводе
И нет от этого лекарств..

Я вам не скажу за всю Россию,
Вся Россия очень велика.
Но и в Татарстане эйфорию,
Ещё помнят ту наверняка.

На устах когда у всех звучало,
Инослово суверенитет.
Но кому в итоге лучше стало,
Никаких сомнений тоже нет.

Увы, с этим фактом надо сжиться, Получилось снова как всегда.
И опять всё может повториться,
Рыбка, чтоб ловилась без труда..

Номенклатурные забавы -
Интриги, слухи, компромат,
Замысловатые подставы
И выведение за штат.

Круговорот чинуш в природе
На связях держится, досье.
Кому быть джокером в колоде,
Зависит только от крупье.

Решается всё первобытно,
Единолично вожаком.
Хотя, конечно, очевидно
Что не гнушаются звонком.

Допущен будет греться рядом 
И в дождь и в стужу у костра,
Лишь тот, кто близок с ним по взглядам
И вовремя кричит Ура!.

Чем больше Запад ненавидим,
Тем меньше здесь изъянов видим.
У них ведь скрепа - Скрудж Макдак,
У нас духовность - наш лайфхак.

Вот и среда там нездорова,
Отсутствует свобода слова.
Везде суёт нос Дядя Сэм,
Служа источником проблем.

И загнивают в своих склоках
И грязнут в низменных пороках.
Россия же как и Китай
Высокой нравственности край.

Но только смена декораций
И политических формаций,
И будет тот финальный тест,
Который скажет кто был " best"..

Доказать, чтоб свою эффективность
И чтоб спрос был всегда на него,
Уметь должен эксперт объективность,
Проявлять ту, что ждут от него.

Вразумлять с лучезарной улыбкой
И вещать через телеэфир,
Что с библейских времëн была зыбкой
У народов надежда на мир.

И, мол, это даëт сейчас право,
На насилье, забыв про мораль.
Потому, что заслужит тот "Браво!",
Кто силëн, а не слабая шваль.

И вот, жить, чтоб в такой парадигме,
На экспертов продолжится спрос.
До тех пор, пока при катаклизме,
Не пойдёт всё вокруг под откос..

Имперство, как явление старо
И часто о себе напоминает.
И будто бы цирульник Фигаро,
То тут, то там по миру возникает.

Порою всё похоже на дурдом,
Где множество ментальных инвалидов.
Больные притворяются врачом
И строят из себя заправских гидов.

Число таких имперцев велико,
Они как гвардия при сером кардинале.
И встретить их всем запросто, легко
В любой стране, вверх вниз по вертикале.

Величие имперское свербит,
Одним досталась ложа, другим партер.
Не вылечишь его как целлюлит,
А значит долго нам смотреть этот блокбастер..

С премьер Люмьеровских двух братьев, 
Был создан дивный мир кино. 
Менялись в нëм фасоны платьев,
И цвет со звуком заодно. 

Его этапы долголетья
Шли в беспрерывной череде, 
От чëрно-белого бесцветья
До сверхобъëмного 3D

И он поддерживал влеченье 
Чужую жизнь прожить как миг,
Чтоб испытать хоть на мгновенье
Очарование интриг.

Показы, конкурсы, награды
И по дорожкам дефиле, 
Рожденье звëзд и звездопады, 
Гламурный их парад - алле.

Но в этой ярмарке тщеславья, 
В кунсткамере кривых зеркал, 
Идëт борьба за выживанье, 
Один взлетел, другой упал.

Простой нет формулы успеха
В искусстве в целом и в кино.
И может фильм снять неумеха
Такой, что мэтру не дано.

Критерий нынче - выручка и сборы
И окупаемости срок.
Следят за этим кредиторы
И дёргают за поводок.

Над всем довлеет и цензура,
К шаблонности творцов склоня,
Чтоб безобидная халтура
Могла отвлечь от злобы дня.

В кино уже сложились штампы
И надоевшие клише.
Одни поют им дифирамбы,
Другим они не по душе.

Однако, если будет всюду
Засилье лишь «приятных» тем,
Ничто не сменит амплитуду
Размаха будничных проблем...

От " Гул затих. Я вышел на подмостки",
До" Зачем мы сердце
разрываем?"
Спросим мы себя на перекрёстке,
И потом играть роль продолжаем.

Если жизнь становится подлее,
А муки от рефлексий докучают,
Ложь правдоподобная милее,
Маски скрывать мысли выручают..