«Я тогда больше работал в сельских районах, для меня КРС — это крупный рогатый скот. Шафагат Фахразович [Тахаутдинов] же использовал аббревиатуру в понятии «капитальный ремонт скважин». Шаг за шагом мы постигали эту науку», — вспоминал накануне раис Татарстана Рустам Минниханов на нефтяном саммите в Альметьевске. С тех пор нефтяная наука шагнула далеко вперед, что и продемонстрировала выставка достижений. Сегодня перед важнейшей для республики сферой стоят новые вызовы: истощение запасов, высокое налоговое бремя, климатические ограничения. О том, как на эти вызовы отвечают нефтяники, — в материале «БИЗНЕС Online».
Экспозицию осмотрели раис Татарстана Рустам Минниханов, гендиректор «Татнефти» Наиль Маганов, член совета директоров «Татнефти» Шафагат Тахаутдинов, россыпь республиканских чиновников, глав районов и топ-менеджеров, а также (неожиданно) иностранные ученые
Для чего углекислый газ закачают в нефтяные пласты?
Ливень не омрачил традиционный нефтяной саммит, который принял накануне Альметьевск. Мероприятие прошло в спортивном комплексе Высшей школы нефти, а уличная выставка достижений отрасли раскинулась во дворе учебного заведения. Стенды надежно укрывали крыши, а к приезду высоких гостей непогода сменилась мелким моросящим дождем. Экспозицию осмотрели раис Татарстана Рустам Минниханов, гендиректор «Татнефти» Наиль Маганов, член совета директоров «Татнефти» Шафагат Тахаутдинов, россыпь республиканских чиновников, глав районов и топ-менеджеров, а также — неожиданно — иностранные ученые.
Первый заместитель директора «ТатНИПИнефти» Азат Зарипов напомнил гостям, что сегодня перед отраслью «стоят системные вызовы: истощение запасов и ухудшение их структуры, технологические ограничения, дефицит инженерных и рабочих кадров, климатические ограничения и, конечно, геополитика». Также он отметил, что в условиях санкций «рост и обеспечение производства в традиционных регионах нефтедобычи приобретают исключительное значение», потому что здесь уже создана инфраструктура, решены социальные вопросы, имеются квалифицированные кадры, есть технологические решения и научная база.
Центральным для выставки стал проект, который работает в рамках логики циклической экономики. Компания улавливает углекислый газ, закачивает его в пласт, добывает больше нефти, а в перспективе собирается превращать СО₂ в метан и метанол. И все это — на зрелых месторождениях, где запасы уже значительно меньше.
На таких месторождениях на сегодняшний день осуществляется 70% добычи нефти в России. В Татарстане за 80 лет разработки извлекли более 3,5 млрд т нефти, но в недрах остается еще более 6,5 млрд тонн. Повышение коэффициента извлечения нефти всего на 1% равносильно открытию нового месторождения с запасами более 100 млн тонн. Главный инструмент в этом вопросе — методы увеличения нефтеотдачи, и компания предложила проекты, которые позволят добиться такого увеличения.
Центральным для выставки стал проект, который работает в рамках логики циклической экономики. Компания улавливает углекислый газ, закачивает его в пласт, добывает больше нефти, а в перспективе собирается превращать СО₂ в метан и метанол
На стенде компании была представлена модель экономики замкнутого цикла, где сточные воды и отработанные газы вновь используются для добычи нефти. «Мы все вместе создаем энергию жизни и новые решения для устойчивого будущего, — отметил Зарипов, представляя проект раису РТ. — Будем улавливать углекислый газ и не выбрасывать его в атмосферу, а использовать с пользой как для компании, так и для страны в целом».
Установка улавливания СО₂ из отходящих газов способна работать на объемы в 100 т в сутки. Этого достаточно для обработки до 180 скважин ежегодно. Газ улавливается, подготавливается до условий транспортировки и перевозится автоцистернами, а затем через насосный агрегат закачивается в пласт.
Технология основана на том, что СО₂ растворяется в нефти, снижает ее вязкость и заставляет набухать. В результате нефть легче вытесняется к добывающим скважинам. Испытания, проведенные в 2023–2024 годах, показали прирост дебита скважин до 292%, причем эффект сохранялся около полутора лет, а охват пласта составил 92%.
В Татарстане за 80 лет разработки извлекли более 3,5 млрд т нефти, но в недрах остается еще более 6,5 млрд тонн. Повышение коэффициента извлечения нефти всего на 1% равносильно открытию нового месторождения с запасами более 100 млн тонн
По словам Зарипова, этот проект только первый шаг. В планах — масштабирование: улавливание всех дымовых газов Нижнекамской ТЭЦ и завода ТАНЕКО, объемом около 8–9 млн т в год. Для этого создается аминный абсорбент, который сейчас проходит испытание в лабораторных условиях. И там вещество уже показывает себя лучше, чем аналоги, производимые крупными российскими заводами.
«После того как мы завершим жизненный цикл месторождения, можно будет использовать его как подземное хранилище СО₂ и, соответственно, достичь углеродной нейтральности. Мы раскладываем весь жизненный цикл месторождения и сразу смотрим за горизонт», — похвастался замгендиректора «ТатНИПИнефти».
Первое подобное хранилище было создано в 2023 году в Нижнекамском районе. На сегодняшний день «Татнефть» — единственная компания в России, у которой есть хранилище, готовое для размещения там СО₂ и достижения таким образом углеродной нейтральности.
Но и это не все. Компания работает над биоконверсией: уже отобраны три штамма микроорганизмов, которые в условиях высокой минерализации и высокого содержания СО₂ потребляют до 20–40% объема и выделяют метан. Это позволит получать метанол и другие продукты для дальнейшей переработки. Процесс медленный, но, как говорят в компании, это «серьезный задел на будущее».
Для решения проблемы «Татнефть» решила использовать сточные воды альметьевских очистных сооружений для системы ППД
Сточные воды как ценный ресурс
Другое ноу-хау затронуло экологизацию поддержания пластового давления (ППД, метод увеличения нефтеотдачи). Этот механизм требует огромных объемов жидкости. Обычно для таких целей применяется пресная вода из природных источников, что создает серьезную нагрузку на экосистемы. Для решения проблемы «Татнефть» решила использовать сточные воды альметьевских очистных сооружений для системы ППД, пояснил «БИЗНЕС Online» начальник департамента разработки месторождений структурного подразделения «Татнефть-Добыча» Булат Ганиев.
«Мы забрали с альметьевских очистных около 9 миллионов кубометров стоков в год и разместили в близлежащих месторождениях „Татнефти“ для поддержания пластового давления. То есть стоки превратились в ценный ресурс для ППД», — пояснил он. Проект работает уже год, и планы у нефтяников далеко идущие. В перспективе компания предполагает полностью отказаться от использования свежей пресной воды для системы ППД, намереваясь забрать стоки не только из Альметьевска, но и из Заинска, а также Нижнекамска.
Однако просто взять стоки недостаточно — их нужно подготовить. По словам Ганиева, вода проходит многоступенчатую очистку, в том числе с использованием ингибиторов. Интересно, что это решение оказалось не только экологичным, но и экономически оправданным. Ранее компания забирала воду из Камы, однако транспортировка от Альметьевска до месторождений по протяженному трубопроводу — мероприятие дорогостоящее.
«Забирать стоки с альметьевских очистных сооружений и подготавливать современными методами до нужных кондиций оказалось сопоставимо по цене. Большого экономического эффекта мы не получили, но и в минус не ушли. Но мы хорошо отработали с точки зрения экологии и использования пресной воды», — убежден наш собеседник.
В 16 городах России уже организованы пункты приема старых шин, а всего их насчитывается около 80. В планах компании к 2030 году перерабатывать 400 тыс. т шин ежегодно, а после 2030-го — выйти на показатель в 1 млн т в год
Круговорот шин
Свой ресурс «Татнефть» видит еще и в использованных автомобильных покрышках. Проблема изношенных шин — бич не только для России, но и для всего мира, отчитался представитель проекта «Зеленая шина». Ежегодно в нашей стране образуется до 1 млн т использованных покрышек. При этом, по данным отраслевой статистики, на переработку идет не более половины этого объема. Остальное оседает на стихийных свалках и станциях хранения, отравляя экологию.
В чем суть проекта? В 16 городах России уже организованы пункты приема старых шин, а всего их насчитывается около 80. В планах компании к 2030 году перерабатывать 400 тыс. т шин ежегодно, а после 2030-го — выйти на показатель в 1 млн т в год. По сути, это означает, что «Татнефть» намерена закрыть практически всю потребность страны в утилизации данного вида отходов.
Процесс переработки построен по безотходному принципу. В городах, там же, где шины и собираются, работают небольшие участки по механическому измельчению. Покрышки превращаются в «чипсы», а затем в резиновую крошку. Далее этот материал поступает на пиролиз.
Магия переработки начинается именно на химическом уровне. «После пиролиза часть продукта идет на выпуск топлива. Изобутан поступает на „Тольяттикаучук“ — из него делают синтетический каучук, и он возвращается к шинникам. А из пиролизного остатка мы выделяем оксид цинка, кремнезем и технический углерод — все это составляющие резиновой смеси», — пояснил нашему корреспонденту представитель компании. Такая экономика замкнутого цикла.
Другой способ продлить жизнь шине — это не перерабатывать ее, а дать второй шанс через восстановление. Остатки старого протектора снимаются и зачищаются, а все проколы и повреждения ремонтируются. Прежде чем приклеить новый слой резины, каркас проходит многократную проверку на прочность. После восстановления шина пригодна к эксплуатации и сохраняет порядка 90% ресурса от новой. Такой участок уже работает в Нижнекамске.
Если в странах Евросоюза восстановлению подвергается в среднем 38% грузовых шин, то в России этот показатель ниже 5%, а в некоторых регионах и вовсе не дотягивает до 1%. При этом экономия ресурсов при таком подходе колоссальна. «Мы экономим до 30 килограммов сырья — каучуков и техуглерода, потому что каркасу дается вторая жизнь, а также около 25 литров топлива на доставку этих ингредиентов. Итоговая цена такой шины на 30 процентов ниже новой», — резюмировал наш собеседник.
Обход всей выставки занял у делегации около часа. Минниханову показали установку по подготовке и закачке ПАВ-полимерной композиции, насосные станции, инновационные трубы, роботов, которые производят смазочные материалы. Глава республики внимательно изучал технику и задавал уточняющие вопросы. Расслабиться гостям предложили у стенда сети АЗС «Татнефти». Здесь приветливые девушки в национальных костюмах предлагали желающим горячий кофе в кружках с национальным орнаментом. «Гости, проходите. Альметьевцы, потом получите», — шутил Маганов, угощая гостей из-за рубежа. Скопление людей у АЗС в этом формате не выглядело тревожным…
Кто должен играть главную роль в достижении мирового энергетического лидерства — государство, власть или наука? Такой вопрос спикерам панельной дискуссии задал модератор Сергей Брилев
«Появляются более сложные и капиталоемкие задачи, которые бизнес сам осилить не может»
Кто должен играть главную роль в достижении мирового энергетического лидерства — государство, власть или наука? Такой вопрос спикерам панельной дискуссии задал модератор Сергей Брилев, президент ассоциации «Глобальная энергия». «Я за государство. Оно должно определить задачи перед наукой и то, как бизнес должен руководствоваться этими правилами. Должна быть четкая конкретная государственная линия в части этой линии», — ответил Минниханов.
Маганов заметил, что в нынешних обстоятельствах бизнесу надо брать на себя бо́льшую роль и быть смелее. В угрозах, по его словам, нужно видеть глобальные возможности. «Государство ставит национальные приоритеты и цели, на которые должен ориентироваться бизнес в своей работе. Но здесь надо различать две истории. Есть цели, которые бизнес должен решать сам. Это не требует больших ресурсов. Просто если ты первым увидел возможность, то самые вкусные плоды висят очень низко, их можно легко собрать. Потом появляются более сложные и капиталоемкие задачи, которые бизнес сам осилить не может. Тут государство должно оказывать поддержку и науке, и бизнесу. Все три угла должны быть задействованы», — высказался гендиректор «Татнефти».
Лауреат Нобелевской премии мира, председатель международного комитета по присуждению премии «Глобальная энергия» Рае Квон Чунг к этому добавил, что в треугольнике «государство – бизнес – наука» должен быть еще один угол. Это люди. «Только так можно сделать фигуру по-настоящему эффективной. Нельзя достичь цели только силами государства или бизнеса. Инициативы должны идти снизу. Я видел много примеров, когда правительство и бизнес пытались что-то сделать, но у них не получалось. Потому что не хватало главного элемента — людей», — убежден он.
Наиль Маганов: «Литий для нас — это уже промышленная технология. Мы строим завод мощностью 30 тысяч тонн сорбента, который позволит нам полностью выделять литий, и не только для наших производств в Татарстане»
Другое мышление
Представители компании продолжили делиться последними новостями в рамках панельной дискуссии. «Литий для нас — это уже промышленная технология. Мы строим завод мощностью 30 тысяч тонн сорбента, который позволит нам полностью выделять литий, и не только для наших производств в Татарстане. Мы уже начинаем выходить в другие регионы. И если это будет полезно миру, мы с удовольствием будем это делать», — рассказал Маганов.
Стоит сказать, что технология извлечения лития из попутных пластовых вод основана на прямом выделении металла из высокоминерализованных рассолов, которые раньше считались отходом нефтедобычи. На выходе получают батарейный карбонат и гидроксид лития — ключевые компоненты для производства литийионных аккумуляторов и систем накопления энергии. Ранее к промышленному извлечению лития из пластовых вод на собственных месторождениях приступила Иркутская нефтяная компания, сообщал «Инфотэк».
Таким образом, «Татнефть» уже пришла к экономике замкнутого цикла. «Поднимать долгосрочную стоимость компании могут уже только люди с другой культурой, — уверен Маганов. — И культура замкнутого цикла именно об этом: о другом мышлении, другом сознании, другом производстве».
Из-за активного воздействия человека на окружающую среду изменения климата происходят значительно быстрее, чем ожидалось. «И все технологии, которые производит „Татнефть“, могут быть полезными для людей, для нашей отрасли, полезны для планеты, а также для нашей компании и наших акционеров», — резюмировал Маганов.
Рустам Минниханов: «Россия всегда была и остается открытой. Если бы все это было в Европе и Америке, минут 30 нас бы, Россию, ругали. А мы ни одного плохого слова не сказали»
Идея должна быть личной: как выбирают технологии будущего
Агентство стратегических инициатив по продвижению новых проектов (АСИ) уже 15 лет занимается поиском решений, способных изменить жизнь к лучшему. Однако, как пояснил заместитель генерального директора АСИ Георгий Белозеров, важно различать проекты и идеи. «Проект — это то, что уже существует и что можно тиражировать, распространять. В этом плане Татарстан часто становится донором для других регионов. А идеи — это то, чего еще нет. И это всегда является для нас самым большим фокусом внимания», — отметил он.
По словам Белозерова, агентство сфокусировано на инициативах, которые находятся на стыке смелости людей, готовности к изменениям и наличия ресурсов для реализации. Он выделил пять ключевых критериев, по которым АСИ отбирает самые перспективные идеи.
Первое и главное — идея должна быть личной для того, кто ее предлагает. «Людей, которые фантазируют, много. Это прекрасно, но иногда это остается разработками на бумаге или в гигабайтах информации, которую никогда не используют. Человек, который в идее уверен, — это уже бо́льшая часть успеха», — убежден спикер.
Второе — соответствие стратегии и приоритетам страны и регионов. Третье — идея должна отвечать на глобальные вызовы, выходить за пределы России и формировать задел в международном пространстве. Четвертое — измеримость результатов. «Хорошая идея часто формируется в голове человека, но он не может обозначить, как она повлияет на стейкхолдеров. Очень важно, чтобы результаты были измерены», — подчеркнул Белозеров.
Пятое — научная и технологическая обоснованность. Идея не должна существовать сама по себе, она должна основываться на передовых достижениях науки.
«Шаг за шагом постигали эту науку»
Экономика Татарстана зиждется на нефтяной промышленности, сказал в завершение Минниханов. Он вспомнил, как в конце 90-х годов, будучи премьер-министром РТ, осваивал азы этой отрасли. «Я тогда больше работал в сельских районах, для меня КРС — это крупный рогатый скот. Шафагат Фахразович (Тахаутдинов, на тот момент гендиректор „Татнефти“ — прим. ред.) же использовал аббревиатуру в понятии „капитальный ремонт скважин“. Шаг за шагом мы постигали эту науку. Я не говорю, что стал специалистом… Но вместе мы ездили в Канаду, Индию, нефтеперерабатывающий завод построили. Для республики „Татнефть“ — это компания номер один!» — сказал Рустам Нургалиевич.
Очевидно, что сегодня без науки двигаться вперед будет сложно. Месторождения в Татарстане на высоком уровне выработанности, конкуренция по цене жесткая, налоговая нагрузка огромная. При этом отрасль развивается. В пример Минниханов привел и Альметьевский государственный нефтяной институт, который компания «модернизировала» в Высшую школу нефти. Теперь это образцовый вуз по меркам всей страны.
Также на саммите озвучили лауреатов премии «Глобальная энергия». Среди них два американца и швейцарец — они записали видеообращения с благодарностями за признание. Брилев отдельно поблагодарил международных гостей саммита, которые посетили мероприятие очно. Добираться в Россию для них сейчас долго и сложно, указал модератор.
«Добраться до нас не по нашей вине сложно. Есть другие власти, которые считают, что сюда ездить не надо. Россия всегда была и остается открытой. Если бы все это было в Европе и Америке, минут 30 нас бы, Россию, ругали. А мы ни одного плохого слова не сказали. Лауреаты все известные люди. Мы с уважением относимся ко всем. Это надо помнить. Россия никаких ограничений не вводит!» — отреагировал на это Минниханов.
Комментарии 41
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.