ИЗДАВ ЗАКОН «О ТЕПЛОСНАБЖЕНИИ», ГОСУДАРСТВО ЗАБЫЛО ОБЪЯСНИТЬ МЕХАНИЗМЫ ТАРИФООБРАЗОВАНИЯ

В госкомитете по тарифам РТ стартовала тарифная кампания. В минувшую пятницу прошло заседание правления госкомитета, где были установлены тарифы для 30 компаний, оказывающих услуги потребителям. Как и говорилось ранее, тарифная кампания тесно перекликается с кампанией политической - в первые полгода 2012-го объявлен мораторий цен на услуги и ресурсы. Первый скачок тарифов произойдет с 1 июля. Корреспондент "БИЗНЕС Online", побывавший на заседании правления, стал свидетелем того, как рождаются тарифы.

view_378050_240640.jpg
По словам главы госкомитета РТ по тарифам Раузила Хазиева, на первую половину 2012 года объявлен мораторий цен на услуги и ресурсы

ТАРИФЫ УСТАНОВЛЕНЫ, ТОЧКИ НАД i РАССТАВЛЕНЫ

Отметим, что основная часть работы по согласованию тарифов уже практически завершена, и на заседании правления, на которое пригласили журналиста "БИЗНЕС Online", по сути уже расставляются точки над i – принимаются окончательные решения в части утверждения тарифов, которые могут отменить уже только ФСТ или суд. Поэтому самые жаркие споры и дебаты, как свидетельствуют очевидцы, как правило, происходят в ходе согласительных комиссий, где накал страстей порой доходит до максимума.

В минувшую пятницу на правлении госкомитета планировалось рассмотреть 8 вопросов – об установлении тарифов на перевозки пассажиров и багажа некоторых компаний в районах, на услуги по утилизации ТБО, на товары и услуги организаций коммунального комплекса, тепловую энергию и теплоноситель, на что регламентом было отведено полтора часа.

В зале заседаний госкомитета по одну сторону стола расположились члены правления, всем своим видом являя собой образ строгих экзаменаторов. В роли экзаменуемых выступали уполномоченные по тарифным делам, которые и докладывали правлению суть дела, в том числе – просьбы компаний в части ожидаемых тарифов. В процессе изучения дел учитываются не только балансы компаний, объемы производства и т.д., но и, казалось бы, на первый взгляд несущественные детали. Оказывается, в этом деле несущественных вопросов в принципе не бывает. К примеру, во время оглашения тарифного дела в отношении одной из компаний Агрыза, занимающейся утилизацией мусора, выяснилось, что в здании, где должна располагаться мусоросортировочная линия, теперь находится склад. Как сообщила уполномоченная по делу, там теперь хранятся двери и окна. Она пояснила, что после взрыва в Удмуртии, сортировка находится в разобранном виде.

– А когда они планируются ее запустить? - поинтересовался председатель госкомитета Раузил Хазиев.

– Полгода точно не будут, а потом постепенно восстановят, - уверенно сообщила сотрудница.

Вопрос возник и в отношении котельной в Атне. В процессе оглашения дела были озвучены цифры, свидетельствующие об увеличении объема отпуска тепла.

– А за счет чего у них вырос объем отпуска? Я что-то не припомню, что бы в Атне что-то строилось глобальное – запишите и уточните, - поручил Хазиев.

Серьезные дебаты развернулись вокруг двух теплоснабжающих организаций, представители которых приняли участие в заседании. Первая компания утверждала, что необходимо увеличить расходы на социальные выплаты, вторая убеждала, что требуется увеличение затрат на теплоносители, иначе компания получит многомиллионные выпадающие доходы. Уполномоченные госкомитета, в свою очередь, аргументировали свою раскладку цифр и фактов. Причем неподготовленному человеку доводы той и другой стороны казались убедительными в равной степени. Заседание шло уже более трех часов (вместо полутора запланированных), когда конец дебатам положил Хазиев, пояснив, что законодатель пока не прописал механизмы расчета тарифов на теплоноситель и сообщил, что как только методика расчетов выйдет, появится и основание для пересмотра решений регулятора. Однако доводы главы госкомитета, похоже, компании не совсем убедили, об этом можно было судить по расстроенным лицам их представителей. Тем не менее, все тарифы правлением в этот день были установлены. Как сообщили в госкомитете, данные тарифы будут опубликованы после их регистрации в министерстве юстиции РТ.

САМОЕ СЛОЖНОЕ – СОБЛЮДАТЬ БАЛАНС ИНТЕРЕСОВ

По окончании заседания корреспондент "БИЗНЕС Online" обратился к первому заместителю госкомитета Александру Штрому, попросив пояснить некоторые детали.

– Александр Леонидович, до окончания года осталось совсем мало времени. Есть ли прогнозы по тарифной кампании? На ваш взгляд, в какую сторону колеблются тарифы, на сколько процентов?

– Пока я могу говорить только о том, что официально озвучено в прогнозах социально-экономического развития, который одобрен правительством РФ. Во-первых, первые полгода у нас ничего не меняется. С 1 июля теплоснабжение – 6 процентов максимум. С 1 сентября – еще 3,7 процентов. Но это в среднем по республике. Второе – плата граждан за коммунальные услуги не должна превысить 12 процентов там, где есть полный набор услуг, и 14,7 процентов - где ограниченный набор. Вода с 1 июля – 6 процентов, с 1 сентября – 5,6. Электроэнергия для населения с 1 июля не более чем на 6 процентов. Газ с 1 июля – 15 процентов.

– В этом году тариф на передачу электроэнергии оставался неизменным, что в следующем?

– Как я уже говорил, до 1 июля все остается по-прежнему. Дальше для сетевой составляющей тариф будет пересмотрен, но не более чем на 11%. На самом деле у них очень тяжелая ситуация, сети сильно изношены: прошлый год с ледяными дождями показал, как на самом деле обстоят дела. Но их инвестиционную программу мы однозначно не сможем заложить в тариф полностью.

Самая первая задача регулятора – это соблюдение баланса интересов производителей и потребителей. Мы не можем сделать тариф ниже плинтуса, потому что он убьет компании, и не можем задрать тариф. В таком случае потребитель будет отказываться от услуг. Ведь что происходит по той же Елабужской ТЭЦ? Там резиденты ОЭЗ «Алабуга» отказываются от теплоснабжения этой ТЭЦ, они ставят свои котельные. Соблюдать баланс интересов – это самое сложное.

– При вынесении приговора судья оперирует нормой закона и внутренним убеждением. Чем руководствуется регулятор?

– Это в полной мере можно отнести и к тарифному регулятору. Основа для принятия решений – существующая нормативно–правовая база в области госрегулирования. Но вы сами слышали, какие предложения нам приносят организации, какие предложения вносим мы. В процессе рассмотрения тарифных дел мы пытаемся сблизить позиции, и в большинстве случаев это удается, мы убеждаем организацию, что наши действия правомерны. Но есть ситуации, когда предприятия наотрез отказываются от наших предложений. Тогда мы вправе самостоятельно принять решение. Есть у нас и судебные прецеденты, очень мало, на моей памяти два-три. И страшного ничего в этом нет. Если вдруг (все мы люди) мы оказались неправы, обязаны все это поправить. Есть правовая возможность учесть выпадающие доходы в следующем периоде регулирования. Мы оперируем прогнозными данными, и достоверно знать – что будет, как будет – никто не может. Есть определенная вероятность. Мы оперируем прогнозными величинами баланса: тепловой, электрической энергии, воды, прогнозными ценами. Но факт всегда отличается. Может, на копейку, может, на сто рублей, но отличается.

view_378050_240636.jpg
Комиссией при установлении тарифов учитываются не только балансы компаний, объемы производства, но и, казалось бы, на первый взгляд несущественные детали

БЕЗ УЧЕТА РЕНТАБЕЛЬНОСТИ

– Понятно, что угодить всем невозможно. Но если вы установили, простите, грабительский для компании тариф, то как возместить от него убытки?

– Если предприятие от регулирования получило убытки, и это по бухгалтерской отчетности видно, то мы обязаны эту разницу учесть в следующем периоде регулирования как выпадающие доходы. Но компании часто забывают, что в 109- ППРФ и методике, утвержденной приказом №20 ФСТ, прописана и излишне полученная выгода, она точно так же учитывается в последующем периоде регулирования.

Поэтому мы, рассматривая выпадающие доходы, учитываем общий результат: потому что статьи могут разниться – по некоторым мы дали ниже, по некоторым выше.

– Оказывается, некоторые тарифы принимаются со снижением?

– Да. Первое: мы учитываем и проверяем факт исполнения предыдущего периода, если факт по той или иной статье затрат существенно отличается, мы принимаем с учетом факта. Если, допустим, затраты на электроэнергию мы давали 100 тысяч, а предприятие затратило 50 тысяч и пытается заявить на следующий год опять 100 тысяч или с ростом, мы, основываясь на отчетных формах, говорим – извините, вот ваши фактические затраты. И мы эти затраты с учетом индекса роста цен и заложим вам в тариф.

Второе: это увеличение объемов производства. Сегодня мы смотрели тарифные дела по водоснабжению и утилизации ТБО. У некоторых предприятий существенно вырос объем реализации продукции (услуги). Ну, например, подключилось к системе водоснабжения новое предприятие. Затраты выросли незначительно, только дополнительная электроэнергия на подъем воды. В итоге, когда мы необходимую валовую выручку поделили на увеличенный объем продукции, тариф снизился. Бывают обратные ситуации, то есть происходит уменьшение объема продукции и только из-за этого рост тарифа.

– Закладывается ли в тариф процент рентабельности компании?

– Это то, с чем мы боремся: нам всегда говорят – вы не заложили нам процент рентабельности. Просят 5, 10, 15 процентов. Мы объясняем, что учитываем не какую-то норму рентабельности, а экономически обоснованные расходы прибыли. Они в основном делятся на две группы: социальные выплаты и расходы на развитие производства. Социальную часть, как вы видели, мы стараемся учитывать.

МОДЕРНИЗАЦИЯ В ТАРИФ ВОЙДЕТ, ТРОТУАРНАЯ ПЛИТКА - НЕТ

– Что с точки зрения регулятора входит в понятие «развитие производства»? Ведь укладку тротуарной плитки возле офиса компании тоже можно отнести к вопросам производственной необходимости.

– Такой случай был – не буду называть предприятие, в его инвестиционной программе помимо мероприятий по модернизации оборудования были заложены средства на благоустройство территории, именно укладку тротуарной плитки. Мы их исключили. Не оспариваем необходимость таких работ, люди должны трудиться в хороших условиях. Мы предложили предприятию профинансировать эти работы не за счет дополнительной платы потребителей, а за счет экономии по некоторым статьям затрат, например, от снижения потерь. Думаю, что здесь уместно вспомнить ваш первый вопрос о норме закона и внутреннем убеждении. Закон допускает возможность включения таких мероприятий в инвестпрограмму, но что от этого получит потребитель?

- А как закладываются средства на развитие предприятия или модернизацию?

- Предприятие должно иметь производственную и инвестиционную программы. В производственную закладываются мероприятия по обновлению существующего оборудования, в инвестиционную – направленные на развитие и улучшение. Компании могут модернизировать оборудование, чтобы увеличить пропускную способность, чтобы снизить потери на любые цели, которые скажутся на качестве услуг для потребителя. Это мы учитываем. Инвестпрограмма коммунальных предприятий разрабатывается по техзаданию исполкомов и утверждается на сессии органа местного самоуправления. Если это тепло или электроэнергия, то инвестпрограмму утверждает министерство энергетики – в зависимости от статуса компании – российское или татарстанское. Далее инвестпрограмма попадает к нам. Тут надо отметить, мы иногда не можем включить в тариф все затраты, потому что он станет неподъемным для потребителей. Кроме того, есть мероприятия, которые окупятся. К примеру, в «Сетевой компании» устанавливались приборы учета, окупаемость их была несколько месяцев. Зачем это вкладывать в тариф? Это однократно полученная за счет оборота сумма, программа поэтапно реализуется, и в результате получается эффект от экономии потерь. Так что источник финансирования инвестпрограмм может быть не только тарифный: и за счет окупаемости, привлеченных средств, от продаж акций... Вариантов масса. Мы учитываем только то, что необходимо в первую очередь потребителям. Та же «Сетевая компания» имеет утвержденную инвестиционную программу в министерстве энергетики РФ, но в полном объеме мы ее в тариф не можем заложить. Мы заложили меньше половины, остальное – это их финансовая деятельность как акционерного общества.

17 КОРОБОК ОТ ЭНЕРГЕТИКОВ

– Во время оглашения тарифных дел сложилось впечатление, что ваши сотрудники чуть ли не лично посещают эти предприятия?

– Вы будете смеяться, но бывает и так. Мы проводим выездные проверки регулируемых предприятий. Хотя чаще досконально знакомимся с предприятиями по представленным документам. Кроме того, прежде чем принять решение, мы проводим экспертизу тарифных предложений организаций на период регулирования. То есть организация все расчеты готовит сама, обосновывающие документы отдает нам. В течение проведения экспертизы мы имеем право запрашивать дополнительные материалы. Когда по трем предприятиям энергетики мы запросили дополнительные материалы – они заняли примерно четверть комнаты. Только от одной организации 17 коробок.

– На заседании обсуждались тарифы на теплоносители Уруссинской ГРЭС и Генерирующей компании, причем неоднократно делался упор на отсутствие неких подзаконных актов, из-за чего, судя по дебатам на правлении, возникает некоторое недопонимание между регулятором и компаниями.

– Это очень сложная история: у нас вышел в прошлом году 190-й Федеральный закон «О теплоснабжении», в котором сказано, что должна регулироваться и деятельность по продаже теплоносителя. До этого цены на теплоноситель были договорные: то есть как две стороны договорились, так они и рассчитываются. В чем основная проблема? В том, что 190-ФЗ, определив обязанность установить тариф, не дал механизма, который должен быть прописан основами ценообразования, в том числе и на теплоноситель, а также порядка утверждения этого тарифа. Это должно быть два постановления правительства Российской Федерации. На сегодня их нет. То есть как делать, в каком порядке делать, по какой методике – пока не определено. Мы по согласованию с федеральной тарифной службой выпустили в начале года информационное письмо для производителей и потребителей, в котором рекомендовали пока применять действующие договорные цены 2010 года, но в договор заложить условия, что после утверждения новых тарифов эти договорные цены могут быть по согласованию сторон пересмотрены до уровня утвержденного тарифа, чтобы не допускать выпадающих доходов производителей. К сожалению, никто такие условия не ввел, и будут ли пересчитывать, не будут – пока не ясно.

Есть судебное решение, согласно которому, несмотря на то, что подзаконные акты отсутствуют, мы обязаны установить тарифы. Это решение мы реализуем. Но реализуем исходя из той нормативной базы, которая существует. Сложность в том, что некоторые затраты на производство теплоносителя уже учтены в тарифе на выработку тепловой энергии. Мы не можем допустить двойного учета таких затрат. В сложившейся ситуации мы не можем принять все затраты по предложению организаций и допустить рост тарифа на теплоноситель по некоторым станциям до 593,9% к договорной цене 2010 года. В этой ситуации, с одной стороны, мы не имеем права не исполнить решение суда, с другой - прекрасно знаем, что действуем на грани. Вы слышали слова нашего председателя, что как только выйдут правила и методика, мы, возможно, получим основание для пересмотра принятых решений.