«Многие воспринимают увеличение прибыли почему-то исключительно через рост производства. Но это не всегда так работает», — объясняет Роман Устеников, генеральный директор семейного агентства повышения прибыли «Устеников & Эксперты». В прошлом он топ-менеджер «Сладко», «KDV-Менеджмент», «Челны-Бройлера», «МК Дороничи» с опытом работы в Mars, Wrigley, а сейчас — независимый эксперт по увеличению прибыли. По авторской методике он проводит тотальный аудит предприятий, составляя диагностические карты с рекомендациями по оптимизации процессов. Как одним бесплатным действием повысить маржинальность хлебозавода до 1,5%, кто на самом деле зарабатывает в компаниях и насколько зрел российский предприниматель — в нашем интервью.
Роман Устеников: «Во главе агентства стоят два человека — мы с моей женой Анной. Я глубоко убежден, что бизнес — всегда семейное. Это не значит, что там только родственники работают»
«Принципы управления везде одни и те же»
— Роман Николаевич, вы возглавляете «семейное агентство повышения прибыли». Если честно, звучит весьма необычно. Можете расшифровать, чем именно вы занимаетесь?
— Хочу подчеркнуть, что оно семейное. Во главе агентства стоят два человека — мы с моей женой Анной. Я глубоко убежден, что бизнес всегда семейное. Это не значит, что там только родственники работают. Иногда сами сотрудники, работая друг с другом по 8–10, а порой и 12 часов в день, становятся одной большой семьей, для которой присущи ценности взаимовыручки, взаимопонимания, преданности своему делу — одни из ключевых залогов успеха. Поэтому когда мы с женой думали в 2023 году о названии созданного мною в 2019-м агентства, то остановились именно на таком позиционировании.
Также жена настояла, чтобы в названии была фамилия, потому что так или иначе методики авторские. Вторая часть названия — «эксперты». Мы всегда привлекаем очень много экспертов к нашей деятельности из реального сектора экономики. Основная ценность нашего агентства — практическая экспертиза и желание помочь предпринимателям знаниями и опытом сильных эксклюзивных кадров.
И наконец, главное во всем этом — «повышение прибыли», это наша основная цель.
— Любого? Или у вас есть конкретная специализация?
— В приоритете — предприятия пищевой промышленности, потому что я сам выходец оттуда и досконально знаю эту индустрию, хотя до нее я 15 лет проработал на Казанском заводе ЭВМ, нынешней ICL. Прошел путь от ученика радиомонтажника до замначальника снабжения завода. Но в 1995-м так случилось, что завод закрылся, а я прошел конкурс в компанию Mars. С того момента я работал именно в пищевой промышленности, в основном в кондитерке — Wrigley, «Сладко», КДВ (бренды «Яшкино», «Кириешки», «Бабкины семечки» и т. д. — прим. ред.). Поэтому эту отрасль мне удалось изучить достаточно хорошо.
В моей карьере было и приглашение на производство потребительских товаров химической отрасли. Следом стали появляться и другие проекты, связанные с животноводством, стройкой, машиностроением и так далее. Принципы управления везде одни и те же.
Мы помогаем коммерческим компаниям увеличивать прибыль. Это основа основ любого бизнеса, он существует для того, чтобы зарабатывать. И все, что мы делаем, связано только с этим — помочь собственнику бизнеса повысить прибыль своего предприятия.
— Но ведь в каждом бизнесе есть свои нюансы.
— Я это часто слышу от своих клиентов: «Но вы же не работали в этом, вы же не понимаете, какая у нас тут специфика…» На это всегда отвечаю: «Здорово. А какая она?» Мне объясняют. Я тогда: «Прекрасно. А как это к управлению относится?» Моя задача — раскрыть управленческие потенциалы предприятия, помочь оптимизировать внутренние механизмы, максимально задействовать имеющиеся резервы и направить их на развитие.
«У меня есть выработанная годами авторская программа по диагностике предприятий. В ее основе — анализ функций и оценка зрелости бизнеса, насколько каждая из его функций готова к зарабатыванию прибыли»
«Помогаем собственникам бизнесов начать зарабатывать больше»
— Что вы конкретно делаете для этого?
— Я не знаю ни одной компании, которая не хотела бы получать прибыль, зарабатывать деньги. Вопрос только, как именно они это делают и насколько эффективно. Мы помогаем собственникам бизнесов (это основная наша клиентура) начать зарабатывать больше. Иногда выступаю личным советником собственника по персональной экспертизе управленческих решений. Выявляем сильные и слабые стороны коммерции, производств и управления в целом, предлагая конкретный план действий работы над ними.
Любое дело мы начинаем с диагностики. У меня есть выработанная годами авторская программа по диагностике предприятий. В ее основе — анализ функций и оценка зрелости бизнеса, насколько каждая из его функций готова к зарабатыванию прибыли.
Каждую функцию можно оцифровать. Когда мы четко видим каждое звено, проводим его диагностику, мы начинаем отчетливо понимать, кто, как и в каком объеме зарабатывает прибыль или влияет на процесс зарабатывания. Насколько сотрудник эффективен, и если нет, то почему и как эту функцию можно отладить.
— Что это за функции?
— Все подразделения компании абсолютно важны. Нет ни одного отдела или сотрудника, который был бы не нужен. Вопрос в его эффективности. Даже уборщица «тетя Маша», убирая кабинет, создает условия для сотрудников, повышает их работоспособность, а значит, также работает на повышение прибыли. Но надо разобраться и понимать, как именно это происходит, какую функцию она несет и как это влияет на зарабатывание прибыли.
«Когда я работал, например, в «Челны-Бройлере», то я занимался не продажами куриных тушек — мы продавали ощущения вкуса и удобство от чистого куриного продукта. Всегда решает правильное позиционирование продукта»
Подразделения компании я называю функциями. Их три основных: зарабатывающие прибыль, ее обеспечивающие и обслуживающие. Производство — понятно, они создают продукт. Коммерческий отдел его продает. А кто отвечает за прибыль? Кто-то скажет, что бухгалтерия — нет, они только фиксируют прибыль. Менеджер по продажам? Я вас умоляю, любой продажник со временем становится обыкновенным логистом. Нет, за прибыль отвечает маркетинг, управляющий процессом целеполагания для продаж. Именно маркетинг определяет, какой продукт сегодня наиболее востребован на рынке, какие ниши пусты, какие растут или падают, кто целевая аудитория товара, цены. И главное — позиционирование продукта. Когда я работал, например, в «Челны-Бройлере», то я занимался не продажами куриных тушек — мы продавали ощущения вкуса и удобство от чистого куриного продукта. Всегда решает правильное позиционирование продукта. Сначала нужно понять, что это, затем — а нужно ли это покупателю, и только потом задаваться вопросом, может ли он это приобрести. Многие почему-то этого не понимают или не придают значения. Это одна из наших задач — помочь осознать предпринимателю то, чем именно он занимается.
Мы делаем, скажем так, разбор бизнеса по системе 3П — продукт, процесс, персонал. Помогаем собственнику определить функции подразделения, расписываем их обязанности, полномочия, составляем функциональную карту взаимодействия между структурными звеньями компании.
Далее включаем вопросы функционального целеполагания и комплексной мотивационной программы. Для многих это является большим откровением, в российском бизнесе на это не всегда привыкли обращать внимание.
Если я скажу, что чистая прибыль не есть главная цель функций, то сразу стану для многих профаном в бизнесе. Но это так, и я готов это обосновывать. Нужно зарабатывать маржинальную прибыль и удерживать затраты. Тогда чистая придет автоматически.
Многие воспринимают увеличение прибыли почему-то исключительно через рост производства. Это не всегда так работает. Я знаю компанию, которая потратила большое количество средств на постройку нового завода, новых производств. Сделали, но все равно ничего не получилось.
«Часто почему-то забывают, что человек — главный инструмент зарабатывания прибыли. Когда человек не на своем месте, у него начинается процесс поедания себя изнутри и он уже не так эффективно работает. Одна из моих задач как раз в том, чтобы выявить такие случаи, понять их и купировать»
— Не рассчитали возможности?
— Нет, они не знали свои возможности. Почему не выгорело? Потому что не оказалось людей, которые будут работать на новом заводе. А те, что работали на прежнем производстве, оказалось, не соответствуют своим функциям. И условная Маша, которая работала 20 лет, при втором заводе стала главным «тормозом», потому что она оказалась не в состоянии увеличить объемы продаж. Она не умела продавать нужное количество.
То есть компания не изучила свои функции и их возможности, не знала своих сотрудников и их возможности. Многие думают, что основной актив предприятия — его производственная линия, но это не так. Когда покупают предприятия, то покупают или строят не его производственные площадки, а управляемую прибыль в перспективе. То, сколько это предприятие потенциально может выдавать прибыли. Условно, если один завод производит два товара: один — высокомаржинальный продукт, а второй приносит лишь убытки, не проще ли сконцентрировать свои усилия на первом, а от второго избавиться или перепрофилировать? Многие почему-то этого не понимают, не видят свои точки роста. Мы им помогаем в этом.
И часто почему-то забывают, что человек — главный инструмент зарабатывания прибыли. Когда человек не на своем месте, у него начинается процесс поедания себя изнутри и он уже не так эффективно работает. Одна из моих задач как раз в том, чтобы выявить такие случаи, понять их и купировать.
Наша диагностика дает возможность сформировать управленческую модель по зарабатыванию прибыли — от заказа сырья до поступления средств на расчетный счет компании.
— Вы можете дать собственнику рекомендации уволить человека?
— Иногда да, иногда просто переместить его в другое подразделение, где он будет эффективен. Недавно я предложил уволить коммерческого директора. Причина — он стал тормозить развитие компании, оберегая себя от любых изменений. Вы думаете, что-то сломалось после его ухода? Ничего. Напротив, мы высвободили большой объем средств, который выплачивался человеку, который, как оказалось, не нужен.
Поэтому если вы оцифровали каждую функцию своей компании, поняли сильные и слабые ее стороны, тогда вам легче управлять.
Простой пример — хлебозавод в Самарской области, где возникли проблемы с передачей продукта с производства на логистику, в коммерцию, цифры не бились. Простейший кейс, казалось бы. Мы зашли на предприятие, стали разбираться. Выяснилось, что на реализацию поступало меньше буханок, чем можно было бы из поступающего сырья испечь. Составили цифровую карту, разложили все цепочки, думали, что есть изъян в технологии, — нет, выяснилось, что элементарно подворовывают в ночные смены. Не критическая масса в моменте, но в долгосрочной перспективе потенциально упущенная прибыль. Почему не додумались сами — для меня загадка. Просто потери закладывались в себестоимость.
«Оцифровка функций предприятия очень важна. Она нудная, противная, но там лежат деньги. По опыту могу вам сказать, что с нашим приходом рентабельность бизнеса увеличивается на 3–5 процентов, рекорд был 12 процентов»
— Разве этим не должна заниматься служба безопасности предприятия? Это же просто все подсчитать: прибыло, убыло…
— А вы уверены, что она есть на хлебозаводе? Формально — да, сторож на воротах, который, как выяснилось, вместе с организаторами схемы.
Это простой и больше бытовой пример, бывают и не совсем заметные вещи. Как-то меня позвали на другой хлебозавод с ознакомительной сначала экскурсией. Я один раз прошел по цехам и говорю собственнику: «Хотите с ходу бесплатный совет, как прямо сегодня увеличить вашу прибыль до 1,5 процента?» Показываю на чанки, в которых тесто дозревает, называется расстойка, и спрашиваю: «Сколько оно стоит?» Собственник разводит плечами — не знает. А он, по идее, и не должен знать, у собственника другие задачи. Я ему говорю: «Разные виды теста дозревают, бывает, до 6–8 часов. Какая потеря влаги происходит? До 1,5 процента. Возможно, конечно, что у вас иная влажность в помещении, температуру я не измерял. Но на больших хлебозаводах чанки с тестом укрывают специальными пленками или специальными тканями в зависимости от вида хлеба». Он такой: «И что это?» Я говорю: «Деньги ваши! Влага ушла больше нормы, тесто поднялось чуть меньше, образовалась корка — хлеба выпеклось меньше. На 1,5 процента…» И это только то, что я на ходу увидел. И я еще не суперпрофессионал в хлебопечении. А если проводить глубинный анализ, сколько еще возможностей может всплыть?
Оцифровка функций предприятия очень важна. Она нудная, противная, но там лежат деньги. По опыту могу вам сказать, что с нашим приходом рентабельность бизнеса увеличивается на три-пять процентов, рекорд был 12 процентов. На столько выросла маржинальная прибыль компании. И это только на оптимизации расходов!
Когда же мы начинаем заниматься комплексным развитием, маркетингом, то прибыли еще больше растут. Наш рекорд по одному из кейсов — рост прибыли до 700 процентов за трехлетний цикл.
— А сколько стоят ваши консультации?
— Многое будет зависеть от объема работы, сложности процессинга на предприятии, времени выезда. Если речь идет о простом предприятии с объемом выручки до 300 миллионов рублей в год, то наша диагностика обойдется до 300 тысяч рублей. Если это предприятие крупнее и сложнее, где предполагаются накладные расходы, то эта сумма больше — в районе миллиона рублей. Но надо смотреть всегда конкретный случай. Мы исходим из позиций исключительно индивидуального подхода к каждому клиенту.
«В нас же видят ревизоров. То, что собственник дал команду с нами разговаривать, еще не значит, что с нами будут разговаривать. Приходится тратить время на объяснения, что мы сюда с благими намерениями пришли, что хотим только помочь, а не навредить»
«Однажды у меня был отчет с одной рекомендацией: «Предприятие закрыть, перепрофилировать. Восстановить невозможно»…»
— Что собой представляет ваш практический продукт? Как он выглядит?
— По результатам проведенной диагностики мы составляем подробный отчет. Он включает в себя результаты оценки и прямые рекомендации к действиям с конкретными прогнозными сценариями развития.
Что будет включать в себя этот отчет — это уже у всех по-разному. Мы к каждому заказчику подходим индивидуально, потому что на каждом предприятии своя ситуация. Однажды у меня был отчет, где, например, всего одна рекомендация: «Предприятие закрыть. Убытки списать. Восстановить невозможно». Собственник тогда очень сильно расстроился. Но мы все подсчитали: чем дольше бы это продолжалось, тем больше он тратил бы денег. Перспектив не было, рынок уже потерян. Восстановление обходилось бы дорого. Можно было бы попробовать, но отсутсвовали гарантии. Лучше перепрофилировать. К сожалению, так тоже случается.
— Как долго проходит ваша диагностика?
— В зависимости от величины предприятия. Если его обороты небольшие — 150–300 миллионов рублей, если одна производственная площадка, то это примерно от двух до четырех дней. Но бывало, что нам приходилось и два месяца работать наездами по один-два дня в неделю. Особенно когда не хотят открываться перед нами, не предоставляют данные. Такое тоже бывает! В нас же видят ревизоров. То, что собственник дал команду с нами разговаривать, еще не значит, что с нами будут разговаривать. Приходится тратить время на объяснения, что мы сюда с благими намерениями пришли, что хотим только помочь, а не навредить.
«Я выезжаю лично, прохожу по предприятию, смотрю, разговариваю с ключевыми сотрудниками, проводим опрос, запрашиваем и смотрим документы, отчетность. Всего в исследовании 77 показателей, опросник на почти 500 вопросов и свыше 120 документов, которые подвергаем анализу»
— Вы, наверное, еще и с большой командой десантируетесь…
— Не всегда. Я выезжаю лично, прохожу по предприятию, смотрю, разговариваю с ключевыми сотрудниками, проводим опрос, запрашиваем и смотрим документы, отчетность. Всего в исследовании 77 показателей, опросник на почти 500 вопросов и свыше 120 документов, которые подвергаем анализу. Я занимаюсь этим на месте, жена — дистанционно, она сейчас у меня немного невыездная, потому что малышу полгода всего.
Далее по необходимости подключаются наши эксперты. Бывает, что со мной ездит один человек, бывает, два. Больше трех пока никогда не было. Опыт и мои знания позволяют анализировать многие функции на месте. Если там специфическое производство, то мы приглашаем профильных экспертов. Недавно, например, нам требовался узкий специалист по свиноводству, такого мы смогли найти только в Уфе. Он понадобился для оценки вопросов, связанных с ветеринарией. То есть, помимо своей работы, он еще 21 день просидел на карантине для допуска. Бывают и такие нюансы.
— Большая у вас география заказов?
— Буквально по всей стране: Томск, Красноярск, на западе — Великий Новгород, на юге — Дагестан. Много проектов было в Нижнем Новгороде, Самаре, Ульяновске, в Уфе три проекта, в Подмосковье, Челнах. Всех и не упомнишь уже. Есть также и зарубежный опыт.
«Мне однажды сказали одну такую фразу, которую я сначала не понял. Она не совсем приятная, звучит примерно так: спасти бизнес от собственников невозможно»
«Бизнес в России стал более зрелым»
— Оценивая обстановку на рынке, насколько такие услуги по оценке бизнеса сейчас востребованы? У вас есть конкуренция?
— Конечно, есть, но не слежу за этим. Знаю две-три компании в Москве, которые занимаются плюс-минус тем же, чем и мы. Конкретно в Татарстане, я надеюсь, конкурентов у нас нет. Но мы еще маленькие и в начале пути.
— Есть сегодня какие-то сложности в вашем направлении консалтинговых услуг? Я так понял, что есть определенное недоверие со стороны бизнеса?
— Мне однажды сказали одну такую фразу, которую я сначала не понял. Она не совсем приятная, звучит примерно так: спасти бизнес от собственников невозможно.
Если собственник делает все, чтобы угрохать свое дело, — ему никто помешать не сможет.
Надо сказать, что бизнес в России стал более зрелым, чем раньше. В 1990-е — чистой воды предпринимательство. Сейчас стало больше хороших современных структурированных компаний. Многие прошли школу западных компаний, в том числе и ваш покорный слуга. Переняли опыт и наложили его на наши особенности. Сила нашего бизнеса — в невероятно развитой предпринимательской жилке. Я каждый раз поражаюсь чутью нашего человека. Столько идей постоянно возникает, столько открытий, о которых вот я, например, столько лет развивающий разные предприятия, никогда бы не подумал. Совершенно фантастические вещи порой делают! Я больше чем уверен, что на Западе такого даже близко нет. Близких по ментальности к нашему российскому человеку нет нигде в мире. Может быть, в Восточной Европе только. Довелось в одно время долго проработать с болгарами, венграми и сербами — вот у них есть какие-то схожие черты, но все равно не то.
«Нас привлекают как специалистов, обладающих навыками и опытом экспертизы, которые готовы разработать модель правильного управления. Внедрение этой модели — это уже другой вопрос»
— Роман Николаевич, у вас были неудачи? Когда ваши рекомендации срабатывали в точности наоборот — не повышали прибыль, а убавляли ее.
— В такой конфигурации никогда. Были неудачи в процессинге, когда наши рекомендации воплощали по-своему и когда они не совсем корректно срабатывали.
— А вы не отвечаете за исполнение?
— А как можно отвечать за то, что ты не делал? Если, например, я рекомендую сократить ставку коммерческого директора, а на деле собственник решает просто поменять человека на этой должности и это в итоге приводит к негативным последствиям, то как за это отвечать? Бывает, когда выполняют не полный перечень наших рекомендаций, а избирательно и эффект получается другим. Нас привлекают как специалистов, обладающих навыками и опытом экспертизы, которые готовы разработать модель правильного управления. Внедрение данной модели — это уже другой вопрос. Но и с себя ответственности не снимаем, конечно, тоже: если неправильно реализовали — значит, возможно, мы в том числе неправильно донесли информацию.
«Это своего рода мой ответ западным санкциям — помочь нашим компаниям стать эффективнее и прибыльнее. Для меня это не пустые слова. Делая наши предприятия стабильнее, я вношу свой вклад в устойчивость экономики страны. Небольшой, но вклад. Я получаю искреннее удовольствие от того, что делаю»
«Это мой ответ западным санкциям — помочь нашим компаниям стать эффективнее»
— Роман Николаевич, у вас внушительный послужной список руководящих должностей. Почему вы решили оставить работу в найме и открыть свое дело?
— Все последние 20 лет были проектной работой и в найме, и в консалтинге. Меня приглашали в компании под конкретный проект, задачи и результаты, с оговоренной свободой действий. Мы достигали результатов. Но со временем стало уже менее интересно. Крупные проекты требуют постоянного участия и работы в найме данной компании. Захотелось немного свободы.
Плюс я такой человек, что хотелось бы приносить больше пользы. Когда ты занимаешься развитием компании — она одна. То есть ты настраиваешь работу одного предприятия, которое во многом уже в силу своего размера и так настроено. Мне хотелось бы все-таки помогать не одному, а многим.
Может, прозвучит громко. Но это своего рода мой ответ западным санкциям — помочь нашим компаниям стать эффективнее и прибыльнее. Для меня это не пустые слова. Делая наши предприятия стабильнее, я вношу свой вклад в устойчивость экономики страны. Небольшой, но вклад. Я получаю искреннее удовольствие от того, что делаю.
Но когда я работаю, то всецело отдаю себя задачам. В крупных проектах приходилось работать по 10–12 часов без выходных и праздников. С одной стороны, для меня это привычный график. С другой — ты так многое пропускаешь в жизни. Например, я не видел, как выросли мои первые дети, к сожалению.
— У вас их пятеро, кстати?
— Все верно, это у нас с женой на двоих, разных браков. Старшей моей дочери уже 41 год, и я не видел, как она выросла: постоянные командировки, работа… Сейчас младшему полгода. И вы не представляете, какое это счастье просыпаться по ночам, стоять с ним, кормить его. Я слишком многое пропустил.
«Семья в работе и дома — это очень важные вещи. Не только в плане поддержки, понимания, но и в плане общей жизненной мотивации»
— Семья помогает вам в работе?
— Для меня очень важно приходить домой с желанием. Семья — это то, ради кого я всю жизнь работал на износ. Только чтобы у них все было. Поэтому, конечно, семья в работе и дома — это очень важные вещи. Не только в плане поддержки, понимания, но и в плане общей жизненной мотивации.
— У вас есть какие-то кумиры, которые бы вас вдохновляли?
— Нет. А зачем? Это значит, надо сравнивать себя с кем-то. Я не хочу. У меня свой путь. Самое ненавистное мною — шаблонность. Только индивидуальный подход к каждому. Потому что каждый человек уникален, каждая компания уникальна.
— Назовите три секрета успешного бизнеса.
— Во-первых, честность во всем: к самому себе, людям, перед заказчиком. Я же вам рассказывал, что написал одну строчку: «Закройте бизнес». Это же про это: быть с людьми честным и говорить всегда правду, какой бы она неприятной была. Во-вторых, это порядочность. Ведите себя с людьми так, как хотели бы, чтобы обращались к вам. Ну и третье… Есть такое выражение: время разбрасывать камни, время собирать камни. Вот вы спросили, зачем мне свое агентство. Думаю, что сейчас время собирать камни. Мне повезло в жизни — вокруг всегда было много людей, которые меня многому научили, многое показали. Теперь, мне кажется, настала моя очередь возвращать этот долг и помогать другим. Мне кажется, это правильно и честно.
Визитная карточка компании
Семейное агентство повышения прибыли «Устеников & Эксперты»
- Учредитель и директор — Устеников Роман Николаевич.
- Направления работы — консультирование по вопросам коммерческой деятельности и управления.
- Количество сотрудников — 2.
- Оборот компании — 5,8 млн рублей за 2025 год (по всем формам работы).
Визитная карточка руководителя
Устеников Роман Николаевич — руководитель семейного агентства повышения прибыли «Устеников & Эксперты».
Родился 22 апреля 1962 года.
- Образование: Казанский государственный университет.
- Ключевые этапы карьеры:
- 1980–1994 — Казанский завод ЭВМ, от ученика радиомонтажника до замначальника снабжения завода;
- 1995–2000 — Mars LTD, территориальный менеджер по продажам (Самара);
- 2000–2001 — Wrigley LTD, региональный управляющий по продажам (Самара);
- 2001–2003 — ООО «Сладко» (Ульяновск), дивизионный менеджер по продажам; директор по продажам кондитерских фабрик «Заря» (Казань) и «Волжанка» (Ульяновск);
- 2003–2006 ООО «КДВ Менеджмент» (Томск), директор по продажам;
- 2006–2013 — ГК «Новое Содружество» (Одесса), коммерческий директор;
- 2014–2017 — ГК «Челны Бройлер» (Набережные Челны), коммерческий директор;
- 2017–2018 — ООО «МК Дороничи» (Киров), директор предприятия;
С 2019-го по настоящее время — руководитель семейного агентства повышения прибыли «Устеников & Эксперты».
Семейное положение — женат, пятеро детей.
Фото предоставлены Романом Устениковым
Реклама. ustenikov-experts.ru
Комментарии 5
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.