«В ресторане ты можешь уйти с ощущением, что переплатил, а на вечеринке вопрос «взять еще один коктейль или не взять» просто не стоит — сегодня гуляем!» — говорит казанский организатор вечеринок и фестивалей Plombir Булат Мубаракзянов. За четыре года экономика мероприятий заметно изменилась: если в 2022-м вечеринка обходилась примерно в 2 млн рублей, то сейчас — уже в 4,5–5 миллионов. Только техническое обеспечение подорожало более чем вдвое — с 300 тыс. до 700 тыс. рублей, а декор — с 150 тыс. до 500 тысяч. При этом средний чек у Plombir за год не снизился, а летний фестиваль собрал рекордные для проекта 1,8 тыс. гостей. О том, как растущая себестоимость меняет экономику казанских вечеринок и вообще есть ли они, — в материале «БИЗНЕС Online».
Казанский организатор вечеринок и фестивалей Plombir Булат Мубаракзянов
О герое
«Для многих мы какой-то жесткий андеграунд — мол, не дай бог. Но так думают в основном те, кто у нас ни разу не был», — говорит Булат Мубаракзянов, которого по праву можно назвать одним из отцов современной казанской электронной сцены. В 2015 году он оставил карьеру в IT и основал Plombir — промогруппу, которая уже 10 лет привозит в Казань российских и зарубежных артистов и собирает на своих вечеринках сотни людей.
За это время через вечеринки Plombir прошло порядка 70 тыс. гостей. Основная аудитория проекта — люди от 25 до 40 лет, но за 10-летие она успела заметно обновиться. Компания не только организует вечеринки, но и работает как музыкальное издательство: выпускает записи артистов и распространяет их через мировые музыкальные сервисы.
В год Plombir проводит около 10 событий. Зимой и весной это вечеринки в городских клубах на 300–700 человек, летом — концерты под открытым небом на White Place, площадке на пляже «Локомотив». Этим летом проект поставил собственный рекорд: на летнем фестивале собрал 1,8 тыс. гостей — больше, чем вмещает «Пирамида» с танцполом, и почти две трети New Wave Hall.
Этим летом на проекте выступал немец D-Nox: он играет больше 30 лет, был одним из создателей популярного сегодня танцевального стиля и получал DJ Awards — одну из главных международных премий для диджеев. На 11-летие приезжал мексиканец Robbie Akbal — постоянный участник Burning Man, фестиваля в пустыне Невада, куда ежегодно съезжаются десятки тысяч человек со всего мира.
В числе российских артистов, которые выступали на Plombir, — Biicla, Acrobat, Izhevski, Agraba и Holymolly. Их имена регулярно появляются в программах крупных международных площадок: например, Tomorrowland, крупнейшего фестиваля электронной музыки, который за один уик-энд собирает до 200 тыс. зрителей из более чем 200 стран, и Boiler Room, британского проекта с выступлениями диджеев, которые смотрят миллионы человек по всему миру.
«В год Plombir проводит около 10 событий. Зимой и весной это вечеринки в городских клубах на 300–700 человек, летом — концерты под открытым небом на White Place, площадке на пляже «Локомотив»
О рынке
- Что люди перестали тратить деньги, все экономят и все закроется, я не заметил, хотя такая повестка и определенная напряженность все-таки есть. Экономия чувствуется, но не массово: люди спрашивают промокоды, ищут, где можно взять три билета по цене одного. До ощущения «пиши пропало, надо все закрывать» тут далеко.
- С 2022 года в Казани появилось большое количество промогрупп и вечеринок стало заметно больше. Люди, по моим ощущениям, отошли от открытия баров: стало понятно, что содержать одну и ту же площадку нерентабельно, да и ходить на одни и те же форматы людям неинтересно. И почти все команды промогрупп я бы отнес не к бизнесу, а к творческой реализации. Формат у них — одна-две вечеринки в год, поэтому многие этим занимаются, но зарабатывать, насколько я вижу, не получается почти ни у кого. Причина этому простая — потолок цены. Мало кто из гостей готов заплатить за вход 4–5 тыс. рублей, обычная планка для города — 1–1,5 тысячи. Чтобы удивить человека, надо все время делать круче и красивее, а это стоит денег. Отсюда и ситуация, когда инициатив много, а окупаемости нет.
«С 2022 года в Казани появилось большое количество промогрупп и вечеринок стало заметно больше»
О компании
- Средний чек по сравнению с прошлым годом у нас не упал. Исключение — мероприятия, где подводила погода: люди уходили пораньше, и чек получался ниже. В перспективе нескольких лет средний чек на летних вечеринках вырос с 3 тыс. до 4,5 тыс. рублей — это стоимость входа и коктейлей.
- Когда человек идет тусить, он отправляется за свободой, полетом души, и тут уже не до экономии. В ресторане ты можешь уйти с ощущением, что переплатил, а на вечеринке вопрос «взять еще один коктейль или не взять» просто не стоит — сегодня гуляем!
- Цены в баре тоже росли: коктейль, который стоил 500–600 рублей, сейчас стоит 800–900, а какой-то и 1,2 тысячи. Претензий по этому поводу мы не получали — люди понимают, что дорожает все.
- Где просадка действительно появилась — это VIP-столы. В прошлом году мы продавали их так: 5 тыс. рублей за вход плюс 10 тыс. рублей депозита с человека. В этом году люди стали думать: «Зачем мне дополнительно 10 тысяч за стол тратить? Я и так классно проведу время». На экстразатраты желания у людей стало заметно меньше. Но пустых столов у нас не бывает — VIP-зона застраивается под количество заказов, и, если столы не нужны, мы их просто не привозим. В прошлые годы мы делали две VIP-зоны, на первых двух мероприятиях этого года тоже две, а во втором отрезке лета — только одну. Т. е. минус 50%.
- Сезонность тоже сильно влияет на посещаемость. Январь и февраль по настроению не подразумевают выхода в тусовочные, светские пространства: после Нового года январь более домашний, а в феврале люди как-то не особо настроены наряжаться и танцевать, поэтому в конце зимы мы делаем только одно событие. В 2026 году это была «Встреча весны» в клубе Werk — собрали 700 человек, это абсолютно нормально с учетом двухмесячного перерыва.
- Вторая половина лета 2026-го получилась холодная: субботы выпадали на прохладные ночи, и там уже не так весело было. Я смотрел на гостей, которые в такую погоду все равно приходили и тусили в пледах, — просто кланяюсь им, святые люди.
- В цифрах этот год выглядит так: 10 мероприятий, из них пять в ресторанах на 300–400 человек и три летних фестиваля длительностью в три дня на 1,5–2 тыс. гостей.
«За декор, который раньше обходился в 150 тысяч рублей, теперь просят 500 тысяч»
О ценах
- Год к году цена на организацию вечеринки сильно не изменилась. Но если сравнить 2026-й с 2022-м, мероприятие подорожало с 2 млн до 5 млн рублей.
- Техническое обеспечение выросло в 2–3 раза. Раньше мы, как постоянный заказчик, по оптовым ценам обеспечивали звуком мероприятие на тысячу человек примерно за 300 тыс. рублей — сюда входили доставка, монтаж, аренда оборудования и работа монтажников. Сейчас тот же комплект обходится минимум в 700 тыс. рублей. В том числе из-за подорожания закупки: оригинальная немецкая и английская техника стала заметно дороже, вслед за ней выросла и стоимость аренды.
- За декор, который раньше обходился в 150 тыс. рублей, теперь просят 500 тыс. рублей.
- Закупочная цена по бару за год выросла на 10–15%. Например, бутылка виски стала примерно на 20% дороже.
- До 2022 года российские диджеи конкурировали с зарубежными и не могли задирать планку своего гонорара. Сейчас зарубежного артиста мы привезти практически не можем — европейские агентства отказываются работать с Россией, и локальные исполнители это уловили. Если раньше их выступления стоили 50 тыс. рублей, то теперь они стоят по 150 тысяч. Некоторые наши артисты просят и по 300–350 тыс. рублей — в свое время за эти деньги можно было привезти мировую звезду. За российских артистов мы платим как за иностранных, а иногда и больше: сегодня за ту же сумму к нам едет российский диджей: узнаваемый, хороший, слов нет, но медиаповода, ради которого люди бросаются покупать билеты, он вокруг себя не создает.
- Здесь все упирается в экономику конкретного выступления. Филиппу Киркорову, наверное, понадобится гонорар в 10 млн рублей, но мы его не везем. Диджей может запросить 500 тыс., но, если мы понимаем, что он не окупится, нам это неинтересно. А бывает наоборот: артист просит больше, но мы видим, что он принесет нужную выручку, — такого привезем с удовольствием.
- Цена билета с 2022 года выросла в 2,5 раза. Тогда продажа начиналась с 800 рублей, сейчас стартует с 2 тысяч. Относительно прошлого года у нас, по сути, ничего не поменялось, эта разница видна именно на длинной дистанции.
- Стоимость аренды локаций по сравнению с 2022-м выросла в 2 раза. Нам, например, одна из площадок ценник подняла, аргументируя тем, что стала лучше и там что-то добавилось. Но увеличение было несущественным, где-то на 10–15%.
- В абсолютных рублях в остатке мы зарабатываем больше, чем раньше. Связано это не столько с рынком, сколько с самой командой: мы становимся опытнее, лучше понимаем, что делаем, и проект растет.
«Наши вечеринки собирают от 500 гостей, подходящих локаций на 500–600 человек по пальцам пересчитать, а на 1 тысячу человек и больше всего ничего»
О вызовах
- Есть музыкальное комьюнити — лейблы, букинг-агентства, и они банят ребят и диджеев, которые поехали выступать в Россию. Пошел наперекор им и выступил — его уже не зовут на крупные фестивали. Им рисковать карьерой ради одного выступления неоправданно. Их отговаривают со всех сторон: как только артист говорит, что летит в Россию, ему начинают капать на мозг: «Куда ты летишь? Там опасно…» А когда они все-таки приезжают, то бывают в шоке от того, что здесь на самом деле все круто.
- Бо́льшая часть артистов настроена позитивно: мы пишем им запросы, и те, кто о нас знает, отвечают в духе: «Все круто, вы классные вещи делаете, но пока прилететь к вам не можем…»
- Мне рекомендовали с иностранцами сейчас не работать: в Петербурге ребята-организаторы везли к себе англичан — те перед самым вылетом передумали, предоплату не вернули и просто исчезли. Раньше мы были в одном поле договоренностей, а теперь отношение вот такое.
- Лед тронулся: еще два года назад артист, приехавший выступить в Россию, железобетонно попадал под санкции в Европе, а сейчас на это уже где-то закрывают глаза. Для частных лиц поездка в РФ становится вполне нормальной. Лейблы по-прежнему берегут репутацию и кому-то могут запретить, но позитивная тенденция есть. Все больше хорошего контента с нашей стороны доходит, и им становится понятно, что не все так однобоко, как рассказывают.
- К нам должен был приехать диджей, немец из Дюссельдорфа. Он летел через Стамбул, но уже в Стамбуле отменили рейс до Казани. Одновременно с этим ему кто-то шепнул, что у нас небезопасно, и тот передумал лететь. Звонит мне и говорит: «Чуваки, я никуда не полечу, меня дома дочка ждет». Русский друг немца уговорил его все-таки лететь в Россию, купив ему билет в Казань через Москву. Но я бы не удивился, если бы диджей в итоге отказался.
- Еще одна проблема — в Казани мало площадок. Наши вечеринки собирают от 500 гостей, подходящих локаций на 500–600 человек по пальцам пересчитать, а на 1 тыс. человек и больше всего ничего. Концертные площадки «Корстона» и «Пирамиды» не очень подходят для современной тусовки — скорее это площадки для эстрады. Появился креативный кластер «Адонис», мы провели там несколько вечеринок, но было тесно: продано было 800 билетов вместо 600, и люди на трех этажах тусовались как сельди в бочке.
- Конкурируем мы не столько с похожими проектами, сколько за то, как человек вообще проведет вечер. Он может погулять у дома, сходить в кино, устроить свидание в ресторане, пойти на стендап или на концерт, а может оказаться у нас. Наша задача — создать повод, пропустив который человек чувствует, что жизнь проходит мимо и что это надо срочно исправлять.
- Обычные способы рекламы больше не работают: нельзя просто сделать афишу, купить на нее таргет и ждать, что люди придут. Если событие не цепляет, гость останется дома, посмотрит сериал — тоже классно проведет время. А чтобы зацепить, нужно везти громкие имена.
- Аудитории, которая идет именно за электронной музыкой, у нас 20%, максимум 30%. Остальные приходят на громкое событие — как с Бастой на стадионе: все идут на Басту, хотя, может, и не переслушивают его дома. Вот за это мы и боремся — за то, чтобы делать события такого порядка.
О налогах
- Налоговая реформа нас пока не коснулась: мы крутимся в пределах 20 млн рублей оборота в год и остаемся на УСН. Думаю, так и так останемся в этих рамках, тем более что есть партнеры, которые занимаются барами, и львиная часть оборота проходит через них, налоги они платят сами.
- Убежден, что столько шума вокруг налогообложения у бизнесменов просто потому, что условия работы до сих пор были слишком уж приятные: УСН 6% — это вообще подарок, люди работали на этой «упрощенке» годами и десятилетиями, а теперь возмущаются. Скажите спасибо, что такая возможность вообще была!
«Было бы круто, если бы изменилось само восприятие: чтобы мероприятия нашего плана стали чем-то мейнстримным и нужным — как в Европе»
О господдержке
- Не могу сказать, что мы нуждаемся в поддержке государства. Было бы круто, если бы изменилось само восприятие: чтобы мероприятия нашего плана стали чем-то мейнстримным и нужным — как в Европе, где они проходят на городских площадях, в исторических центрах, древних амфитеатрах.
- Хороший пример, как это меняется, — «Нур». Рашид (Османов — основатель фестиваля — прим. ред.) смог вывести андеграундную культуру в массы и показать медиаискусство, хотя изначально это был совсем не тот сегмент. Когда они начинали, площадки не сразу принимали идею с распростертыми объятиями. А сегодня «Нур» — достояние города, Татарстан им гордится, мы с этим проектом тоже работаем вместе. Я надеюсь, что когда-нибудь и наш формат можно будет интегрировать в городские события, в День города.
Об ожиданиях
- Динамика событий все-таки не позитивная, но в любой момент все может поменяться в лучшую сторону — хочется в это верить. Мы будем продолжать действовать: делай, что должен, и будь что будет. Перестраивать планы и впадать в упаднические настроения точно не планируем: есть фронт работ, есть люди, которые ждут новых мероприятий, уже расставлены даты на следующее лето, есть планы на осень и зиму.
- В прошлом году мы на зиму входили в спячку, в этом планируем делать то же самое. Сезон у нас — это лето и сентябрь, если погода позволяет. Дальше межсезонье: Хэллоуин в этом году проведем уже не так масштабно, потом Новый год — и до апреля люди, по сути, сидят дома.
- Разговоры о том, что все будет очень плохо и надо бежать, — это слухи. Те, кто так говорит, говорят об этом всю жизнь, сколько я себя помню. При этом все это время кто-то строит проекты, создает семьи и идет дальше. На пути любого становления есть преграды, но это не повод перекладывать вину на внешние обстоятельства: родители не так воспитали, власть не та, вся жизнь наперекосяк. Вокруг всегда есть возможность заниматься любимым делом, даже если вчера оно приносило больше, а сегодня меньше.
- Я бы оценил рынок в 7 из 10 баллов. Мне особо не с чем сравнивать. Жить можно.
Фотографии предоставлены Булатом Мубаракзяновым
Комментарии 5
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.