«Мы с ребенком оказываемся на улице с кучей долгов, с ипотекой за воздух. У нас стоит каркас дома, в котором невозможно жить», — так потерпевшая по делу «Таунхаусов и домов» Наталья Дементьева описывает финал истории, из-за которой уже три года не может выбраться из долгов. В Советском райсуде Казани она отвечала на вопросы адвокатов обвиняемых. Защита пыталась разобраться в обстоятельствах оформления ипотеки на 6 млн рублей, переводе денег подрядчику и роли банковских сотрудников. Сама Дементьева настаивала: ее неоднократно вводили в заблуждение, а отказаться от сделки она уже не могла. О том, какие противоречия в ее словах пыталась найти сторона защиты, — в материале «БИЗНЕС Online».
Для Натальи Дементьевой это уже четвертый допрос — и все те же постоянно повторяющиеся вопросы от адвокатов, которые вместе со своими подопечными (обвиняемыми) буквально заполонили все пространство зала суда
Что за «Таунхаусы и дома»?
В Советском райсуде Казани продолжилось рассмотрение дела обманутых дольщиков, заключивших договор с ООО «Танхаусы и дома». Удар держала одна из 65 потерпевших — Наталья Дементьева, которая около трех лет назад возглавила инициативную группу пострадавших ижээсников в Татарстане. Для нее это уже четвертый допрос — и все те же постоянно повторяющиеся вопросы от адвокатов, которые вместе со своими подопечными (обвиняемыми) буквально заполонили все пространство зала суда. Защиту интересовали как обстоятельства заключения сделки в 2023 году, так и последующие события.
Напомним, что уголовное дело в отношении сотрудников компании «Таунхаусы и дома» было возбуждено весной 2024-го. Тогда по признакам мошенничества были задержаны учредитель организации Артур Валиуллин, руководитель компании «Бастион-Строй» Радик Утомбаев (юридически он не связан с «Таунхаусами и домами», но, по словам потерпевших, представлялся им прорабом на стройках фирмы), а также директор ООО «Танхаусы и дома» Нелли Желованова и ее предшественница Екатерина Губайдуллина (Утомбаева), которая во время расследования вышла замуж за Утомбаева и сменила фамилию.
Ход расследования уголовного дела взял на личный контроль прокурор РТ Альберт Суяргулов. После этого в деле появились новые фигуранты — экс-сотрудница Сбербанка Венера Гарифуллина, кредитный брокер Ренат Гиматдинов и бригадир Ильнур Замалетдинов.
Фигурантов обвиняют в мошенничестве в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ), им грозит до 10 лет лишения свободы.
Мужчины оказались в «аквариуме», а женщины (они находятся под запретом определенных действий) сидели на скамеечке в зале, но слова ни тем ни другим пока не дали
«Очень переживала, боялась нарваться на мошенников»
На этот раз в зал суда доставили всех обвиняемых (до этого заседание отложили из-за неявки). Мужчины оказались в «аквариуме», а женщины (они находятся под запретом определенных действий) сидели на скамеечке в зале, но слова ни тем ни другим пока не дали. Впрочем, некоторые из них активно жестами и мимикой выражали несогласие со словами потерпевшей.
Прежде чем перейти к тому, что именно вызвало такую реакцию обвиняемых, восстановим хронологию событий. Для Дементьевой началось все в 2023 году с мечты о собственном доме.
На тот момент она работала бухгалтером в сервисном центре «Метрология», воспитывала троих детей в одиночку, мечтая съехать из городской квартиры за город. У потерпевшей были накопления — 500 тыс. рублей. В сфере строительства ничего не понимала, поэтому начала поиск строительной компании, которая могла бы взять на себя сопровождение сделки и последующее возведение дома.
Со временем потерпевшая нашла подходящий участок на сервисе бесплатных объявлений, связалась с одним риелтором, а тот передал клиентку другому риелтору — некоей Ландыш. Последняя представилась сотрудницей компании «Таунхаусы и дома» и сказала, что фирма на рынке уже более 15 лет, у брокеров есть все необходимые инструменты для согласования ипотеки по госпрограмме и полное сопровождение сделки в банке.
«Я поделилась с Ландыш своей жизненной ситуацией, сказала, что одна воспитываю троих детей, поддержки у меня нет, квартира — это наше единственное жилье. Сказала, что не уверена, что решусь когда-нибудь исполнить мечту детей и купить дом. Очень переживала, [боялась] нарваться на мошенников, так как совсем не разбираюсь в юридических документах», — зачитала на заседании представитель прокуратуры показания Дементьевой.
Но сомнения потерпевшей риелтор отрабатывала искусно: успокаивала, когда нужно, подбадривала, скидывала различные предложения по участкам и всегда находила время для выездов и встреч. К тому же вышеупомянутая Ландыш уверяла, что компания строит давно, в портфолио — большое количество домов, возведенных из качественных материалов, одним словом, без задоринки. Дабы развеять все сомнения, риелтор предложила Дементьевой встретиться лично с директором фирмы.
В конце августа встреча состоялась. Еще тогда женщину (рассказывала она на допросе) насторожило то, что не было никаких вывесок в помещении, где располагался офис «Таунхаусов и домов». При этом в самом здании бурлила жизнь: туда-сюда сновали сотрудники, проходили увлеченные дискуссии. Наконец, перед ней появилась Губайдуллина (ныне Утомбаева), которая представилась директором компании «Таунхаусы и дома». Она очень подробно рассказала Дементьевой то, из чего будут строить дом, какие этапы работ предстоят, попутно записывая все на листок.
«Очень переживала, [боялась] нарваться на мошенников, так как совсем не разбираюсь в юридических документах»
Губайдуллина произвела расчет стоимости строительства дома площадью 100 кв. м — вышло 3 млн 600 тыс. рублей. Сотрудница фирмы дополнительно сразу предложила заказать у компании ремонт по цене 10 тыс. рублей за 1 кв. метр. «Губайдуллина и Ландыш были очень обходительны, вокруг все шумели, казалось, что совершается много сделок, фирма не стоит на месте. На мой вопрос, почему офис не обжит, Гуйбайдуллина ответила, что они расширяются, сюда переехали недавно. Уже сегодня, познакомившись с самим участником сообщества, я понимаю, что в тот день в офисе были все (нынешние фигуранты дела — прим. ред.) и общались с другими клиентами», — говорила на допросах потерпевшая.
Дементьева выслушала Губайдуллину и своего риелтора, а также ознакомилась с отзывами на компанию. Хотя их было не так много, но все они оказались положительными. Взвесив все за и против, потерпевшая приняла решение сотрудничать с «Таунхаусами и домами», стороны пожали руки и составили соглашение о задатке в 50 тыс. рублей.
По словам потерпевшей, ей обещали вернуть задаток после заключения договора подряда. Позднее Дементьева утверждала, что Губайдуллина уверяла ее: несмотря на оформление договора на другое юридическое лицо, фактически она работает с «Таунхаусами и домами», беспокоиться не о чем.
На допросе Дементьева рассказывала, что рассчитывала получить семейную ипотеку на 6 млн рублей. Изначально она полагала, что заключает договор с ООО «Таунхаусы и дома», однако непосредственно в день сделки, 13 октября 2023 года, ей предъявили договор с ИП Нелли Желовановой.
Нелли Желованова
По словам потерпевшей, она обратила внимание на смену подрядчика и спросила, почему договор оформляют не с ООО. Ей якобы объяснили, что так компания уходит от налогов и может строить дома дешевле. В итоге Дементьева подписала документы.
Согласно показаниям потерпевшей, договор подряда загрузили в «Домклик» только в день сделки, когда она уже ехала в банк. Поэтому заранее ознакомиться с ним она не могла. Спустя 10 дней на ее счет поступили кредитные 6 млн рублей. После этого женщина подтвердила платежи: 791 тыс. рублей — за земельный участок, 5,2 млн рублей — на счет Желовановой.
Дементьева утверждала, что не понимала, что деньги за строительство уходят на счет физического лица, и рассчитывала на защищенную схему расчетов.
После перечисления денег строительство так и не началось в обещанном объеме. К концу декабря 2023 года на участке начались какие-то подготовительные работы: завезли арматуру, смонтировали опалубку и проложили канализационные трубы, однако фундамент так и не залили.
В январе 2024-го ей сообщили о якобы начале работ, но в дальнейшем появлялись новые объяснения задержек: нет рабочих, уволился прораб, не хватает финансирования…
«Вы хотите от меня услышать то, что хотите, я этого не скажу»
Далее адвокаты перешли к вопросам. Защиту интересовало, кто заставлял потерпевшую вносить задаток в 50 тыс. рублей и подписывать документы. Адвокат напомнил, что Дементьева сама приходила в офис компании и заключала соглашения, а также уточнил, применяли ли к ней физическое насилие.
Потерпевшая настаивала, что речь шла о моральном давлении, она находилась в состоянии сильного стресса, постоянно получала звонки и вынуждена была оплачивать различные расходы, в том числе связанные с личной безопасностью. Но адвокат снова попросил конкретизировать, кто именно заставил ее подписать соглашение о задатке.
«Я говорю то, что для меня является правдой. Вы хотите от меня услышать то, что хотите, я этого не скажу, у меня не поменяются показания», — заявила она.
Защита спросила, знает ли Дементьева, куда именно ушли 50 тыс. рублей, и почему она считает, что Губайдуллина должна была их вернуть. Потерпевшая ответила, что не знает, как распорядились деньгами. По ее словам, Губайдуллина объясняла, что оформила документы таким образом, что вернуть задаток уже не получится.
Защита также обратила внимание на историю с риелтором Ландыш, которая впоследствии вернула Дементьевой 100 тыс. рублей комиссии. Потерпевшая подтвердила, что сообщала об этом следствию и говорила, что не считает риелтора виновной. При этом она добавила, что после ознакомления с материалами дела выяснила: фактическая сумма комиссии риелтора была значительно больше.
«Не то что признать вину… Вы видите, как себя они ведут? Они агрессивны, обзываются, ведут себя просто невыносимо! На 7 подсудимых — полный зал адвокатов, а мы беззащитны. Нас ни государство, никто не защитит»
Кто подтвердил перевод денег и почему не выбрала эскроу?
Одним из главных эпизодов допроса стали обстоятельства перечисления ипотечных средств. Адвокат указал, что на платежном документе по операции стоит подпись самой Дементьевой. Та этого не отрицала, но пояснила, что не знала, кому именно уходят деньги и на какой счет их переводят.
По словам потерпевшей, во время оформления сделки она видела только обратную сторону монитора банковского менеджера, а собственной карты и доступа к приложению у нее тогда не было, поэтому самостоятельно проверить процедуру перевода Дементьева не могла.
«Я понимаю, что каким-то образом что-то там сделали. Что сделали, не знаю», — объяснила она. Говорит, что была уверена, что деньги за строительство перечисляют на счет эскроу. По словам потерпевшей, о том, что средства ушли на счет Желовановой, она узнала только в январе 2024 года. В подтверждение своей позиции Дементьева напомнила, что позднее неоднократно просила предоставить документы, на основании которых подрядчику перечислили деньги.
Защита попыталась выяснить, почему женщина сама не уточнила у банка, каким способом будут проводить расчеты и какие варианты ей доступны. Та ответила, что банковский сотрудник не предложил ей ни эскроу, ни траншевую ипотеку, ни возможность перечислять деньги подрядчику частями. По словам потерпевшей, позднее руководство банка сообщило ей, что такой выбор у нее был. «Мне менеджер банка не озвучил, не дал права выбора ни траншевой ипотеки, ни эскроу-счетов, ни оплаты частями», — сказала Дементьева.
Она настаивала, что сотрудник банка должен был предупредить ее о возможных рисках и объяснить нюансы сделки. При этом на вопрос, интересовалась ли Дементьева альтернативными способами расчетов, потерпевшая прямо не ответила.
Вопросы возникли и к переписке в «Домклике». Адвокаты предъявляли Дементьевой распечатки сообщений и уточняли даты отдельных разговоров. Она несколько раз говорила, что не помнит их содержания и не может спустя три года восстановить каждую деталь.
Защита пыталась найти расхождения в ее рассказе об общении с Екатериной и Радиком Утомбаевыми. В частности, адвокат спросил, встречалась ли Дементьева с Екатериной в декабре 2023 года или только разговаривала с ней по телефону. Потерпевшая сослалась на ранее данные показания и переданную следствию аудиозапись, но точную дату и обстоятельства разговора спустя три года восстановить не смогла.
Радик Утомбаев
Еще один эпизод касался показаний о том, что Утомбаев якобы намеренно подводил «Бастион-Строй» (фирма также была связана с фигурантами дела) к банкротству. Адвокат попросил объяснить, откуда Дементьевой это известно. Потерпевшая уточнила, что не утверждала, будто компания уже была банкротом, а говорила, что, по ее мнению, Утомбаев делал все, чтобы привести организацию к такому состоянию. В качестве основания она ссылалась на собственное изучение финансовой информации о фирме, однако конкретных доказательств умысла в ходе допроса не представила.
Не обошлось и без вопросов о том, что происходит с домом сейчас. Защита поинтересовалась, сколько денег Дементьева потратила на самостоятельное строительство и на каком этапе находятся работы. Потерпевшая рассказала, что начала достраивать дом за собственный счет в конце 2024 года и уже потратила на каркас более 6 млн рублей, в том числе кредитные средства и займы.
При этом дом до сих пор не готов для проживания. На участке стоит каркас, установлены окна, но нет света и других необходимых коммуникаций. Точный объем оставшихся работ Дементьева назвать не смогла. «Я не строитель, поэтому каждый этап мне кажется последним, но открываются новые вещи», — объяснила она.
Адвокаты интересовались, почему потерпевшая согласилась на сделку с незнакомым человеком, который предоставлял имущество в залог для оформления ипотеки. Дементьева признала, что сейчас, оглядываясь назад, не понимает, как согласилась на подобные условия. По ее словам, тогда она находилась в тяжелом моральном состоянии и хотела прежде всего обеспечить семью собственным домом.
«Я шла на сделку, хотела добра своей семье и детям. А сейчас, когда я смотрю [на это], понимаю, что все происходящее было абсурдом. Не знаю, как я на это подписалась», — сокрушалась потерпевшая.
В финале адвокат вновь вернулся к вопросу, почему Дементьева не отказалась от сделки и не обратилась в банк или правоохранительные органы, когда, по ее словам, у нее уже возникали сомнения. Ответ потерпевшей остался прежним: «Я честно не знаю, какой вы ответ от меня ждете. Он прежний. Я считала, что не могу отказаться».
«Мы с ребенком оказываемся на улице с кучей долгов, с ипотекой за воздух»
Дементьева после заседания суда в беседе с «БИЗНЕС Online» удивлялась, что адвокаты вновь и вновь повторяли одни и те же вопросы, стараясь, как ей кажется, затянуть дело.
«Когда будут конкретные вопросы? — удивляется потерпевшая. — Доказывать-то нечего, есть перевод денежных средств, и есть голое поле. Вот ну нечего доказывать, все доказано уже!»
Также Дементьева отмечает, что Татарстан — единственный из регионов, где в числе обвиняемых — бывший менеджер банка. «Нам удалось доказать, что без участия банка ничего бы не было. Если бы банк проявил должную осмотрительность, предложил бы варианты сделок — например, открытие эскроу-счета, то как минимум ущерб был бы меньше. Разве я бы отказалась? Но такого шанса нам не представили», — заключает собеседница.
Все это время 65 семей, обманутые компанией «Таунхаусы и дома», живут в своем кошмаре: деньги украдены, но обязанности по строительству домов с них никто не снимал (в противном случае — резкий рост ставки по кредиту). Все они ждут скорейшего завершения судебного процесса, чтобы после вынесения вердикта на торги было выставлено арестованное в рамках уголовного дела имущество, а людям после его продажи хотя бы частично компенсировали материальный ущерб. Но такими темпами ведения процесса ждать этого момента придется еще как минимум лет пять.
Все это время 65 семей, обманутые компанией «Таунхаусы и дома», живут в своем кошмаре: деньги украдены, но обязанности по строительству домов с них никто не снимал
Удивляет Дементьеву поведение подсудимых. «Не то что признать вину… Вы видите, как себя они ведут? Они агрессивны, обзываются, ведут себя просто невыносимо! На 7 подсудимых — полный зал адвокатов, а мы беззащитны. Нас ни государство, никто не защитит», — сетует она.
Дементьева рассказала, что ее семья сейчас живет «в социальном жилье», которое выставлено на продажу. «Мы с ребенком оказываемся на улице с кучей долгов, с ипотекой за воздух. У нас стоит каркас дома, в котором невозможно жить. Если, не дай бог, зимой туда попадем, как мы выживем? Никакой помощи совершенно — ни со стороны государства, ни со стороны минстроя. И мы вот здесь на растерзание отданы этим адвокатам [подозреваемых]», — говорит потерпевшая.
«Мы с ребенком просто выживаем на благотворительности. Семья сплотилась, держимся друг друга, стараемся выплачивать кредиты и займы. Банк звонит: „Мы повышаем процент, платите“. Вот только-только одобрили реструктуризацию на 6 месяцев, но с мая следующего года — опять „веревка на шею“», — тревожится женщина.
Переплаты по кредиту идут бешеные: если изначально ипотека была взята в размере 6 млн рублей, а платеж составлял 42 тыс. рублей в месяц, то каждый раз после реструктуризации он увеличивается, но при этом нужно строить дом, для чего приходится брать новые кредиты, которые выдают уже под 45–50%, потому что «финансовая нагрузка огромная». «Я мать-одиночка с детьми, такая финансовая нагрузка для меня бешеная. Выхода из ситуации не вижу», — заключает она.
Следующее заседание по делу состоится 17 ноября. Ожидается, что на нем продолжится допрос Дементьевой. И главный вопрос, который хотят прояснить в зале суда сами потерпевшие: куда же пропали их деньги и смогут ли им вернуть хотя бы часть средств?
Фото на анонсе: Ильгиз Шарифзянов
Комментарии 28
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.